Только ты знаешь дорогу к небу!

Старуха встала, опираясь на палку, и подошла к нам. Её спина выгнулась колесом, так как горб был огромных размеров, и от этого тело её казалось крошечным.

Подойдя к нам, она попыталась выпрямиться, чтобы дотянутся до лица Александра. Старуха погрозила ему почти почерневшей рукой с безобразно длинными ногтями. А когда она заговорила, из её уст послышалось змеиное шипенье, которое с трудом можно было назвать человеческой речью.

– Это ты, дьявольское отродье голубой крови, исчадие ада, наконец-то ты добрался до моей забегаловки! Эй, ребята, налейте-ка этому господину самого отвратного зелья, которое у нас есть.

Можно даже яду, только чтобы он успел помучиться, а не издох в одночасье!

Посетители угодливо засмеялись, и нам на минуту показалось, что наша судьба решена и теперь уже, мы наверняка попали в ад.

Александр стоял такой растерянный, опустив руки и потупив взгляд. Видно было, что он что-то вспомнил, но пока не готов об этом рассказать. Неужели он был знаком с этой страшной старухой?

А она тем временем переключилась на девочек.

– Какие славные крошки, какое сочное молодое мясо! Какой свежий аромат от их волос, – и она взяла в свои грязные руки волосы младшенькой Хай.

Девочка задрожала и заплакала, но без слёз. Тут я не выдержала и, отстранив руку старухи, заслонила собой девочку.

– Не смейте трогать мою дочь!

– Дочь? – ехидно прошипела старуха. – Она дочь дьявола и дьяволицы, как и её сестры и этот противный мальчишка, – и старуха ткнула пальцем в грудь Хельмута.

 – Они очень похожи на меня, та же грязная кровь, те же бегающие глазки, и эти руки в крови!

Я резко оттолкнула её, и она, не удержавшись, упала на пол и ударилась головой о край стола. Я поняла, что нам пора бежать отсюда, но там, где раньше была дверь, стояли посетители бара, загородив её. Все их приветливые улыбки превратились в страшные гримасы. Эти люди стали надвигаться на нас, всё больше оттесняя к стойке, а та открылась, впуская нас в кромешную темноту.

Дверь за нами захлопнулась, и тут же заскрежетал засов.

– Вот мы попали! – констатировал Антон наше нынешнее положения.

Я была с ним полностью согласна: попали мы не по-детски.

А что дальше?

Ехидный смех старухи прямо за дверью ещё раз убеждал меня, что мы попали в западню. И похоже, она была спланирована заранее: кто-то следил за нашим приближением к посёлку, а может быть, и раньше.