Пацаны до пандемии. Повесть и рассказы разных лет

А со вторым вариантом что делать? Э, алгебра алгебраическая! Мян олюм («Клянусь!»), кто ее придумал?! Зачем мне математика? Я что, математиком буду?

– Пригодится в любом случае, – улыбнулся Рамиз. —Деньги считать. Бир манат, он манат, алли манат, юз … (Один рубль, десять рублей, пятьдесят рублей, сто …)

– Озюмюлюм, кутар! («Кончай, прошу!»). Юз манат! Деньги считать я и так умею, – не согласился Кямал и назидательно, словно слова из пионерского Устава, произнес: -Видишь деньги, братишка, не теряй времени!

Отец Кямала руководил не последним в городе предприятием и, наверняка, имел виды на светлое будущее сына, собираясь его пристроить на тепленькое местечко, что давало наследнику повод особо не заморачиваться по поводу всякой математики и прочей ерунды.

Но вот за плохие оценки отец мог влепить шалла (оплеуху), тогда как за четверки и пятерки папа-директор выдавал сыну пятирублевую премию.

– Можно так. Робику и Юре сказать, чтобы они пересели на разные варианты. Если сяду за ними, Эмма просечет, – покачал головой Рамиз.

– Сян олюм, нашел вариант! – возмутился Кямал. —Эмма – тетка хитрая, сразу просечет.

– А зачем им пересаживаться? – с просветленным видом сказал я, отставив в сторону надкусанный бутерброд с докторской колбасой. —Есть другой вариант!

– Какой? – в один голос вопросили Рамиз с Кямалом.

– Все просто. Юрка пишет алгебру на «четверку», Робка – на «пять»…

– Да, Игнат хуже шарит, чем Робик, – согласился Рамиз.

– А значит, нужно договориться с ребятами и все будет хоккей!

– В смысле? – не понял Кямал.

—Мян олюм, кутар! Ребята – нормальные пацаны, это тебе не 6-й «а», списать всегда дадут…

– Да нет, я не об этом. Зырь, я сижу с Робиком. Списываю у него и отдаю Юрке. А он, не теряя времени, решает контрошку по нашему варианту и отдает нам. Ему же «пятерка» лишняя не помешает?

– Не голова, а Дом советов, да! Витёк, молодчик! – одобрил Рамиз, доедая бутерброд с любительской колбасой. -Только надо с пацанами договориться.

Взглянув на большие электрические часы на буфетной стене, он добавил: -Пять минут еще есть.

Пошли! Догрызайте бутерброды!

Еще до звонка на урок классная доска уже белела заданиями. Эмма Петровна, красивая дородная темноволосая голубоглазая дама средних лет, восседала за высоким, на подиуме, учительским столом, что-то записывая в журнал.

6-й «б» зашелестел тетрадками, выдергивая двойные листки. Шепотком переговариваясь, ученицы и ученики готовились к работе.