Быть киллером

– Это ты-то? – сказал Лёха, – С твоей специальностью?

– С какой специальностью, – не понял я, – с десятью классами и долбаным Афганом? Или ты про один, к тому же не законченный, курс финансово-экономического?

– Да шёл бы твой финансово-охренический в жопу, – сказал Лёха, заев четвёртую стопку маслиной и зажевав сервелатом, – я про настоящую специальность, конкретную – снайпера.

– По голубям стрелять? – сказал я, – Это же Ленинград, тьфу ты! – Петербург. Ни лисицы, ни куницы, на одного лося очередь из десяти желающих.

Да и какой из меня охотник.

– Охотники в Сибири, – сказал Лёха, – белке в глаз стреляют или в Африке на сафари, куда нам задаром не надо. Слышал про такое слово – киллер?

– Конечно, слышал, – сказал я, – но только что-то не догоняю, ты что, мне, в убийцы предлагаешь пойти?

– Салабоном ты был, салабоном и остался, – сказал Лёха. Убийца, – это который убивает людей с подлой целью завладеть их имуществом или из ревности дурацкой. Или, как часто бывает: выпили, поругались – и за ножи или за молоток.

А киллер – это профессия. Это человек, который за плату и, как правило, высокую, устраняет неприятности, грозящие солидным людям. Можно сказать, решает серьёзные проблемы. Не надо путать божий дар с яичницей. Слушай меня, пока я живой.

– Ну, нет, – сказал я. Это как-то… Решать проблемы таким способом… Нет уж, это без меня.

– Ну-ну, – сказал Лёха, – строй из себя целку. Я маленькая девочка, играю и пою. Я Брежнева не видела, но я его люблю. В Афгане ты из себя целку не строил.

Стрелял, по кому скажут, и в ус не дул. Что-то не помню тебя рыдающим по этому поводу.

– В Афгане я стрелял по врагам, это другое дело. А ты предлагаешь…

– Во-первых, я тебе ещё ничего не предлагаю, до этого ещё надо дорасти, доверие заслужить. А насчёт врагов – это афганский мужик, который взялся за винтовку потому, что ты пришёл туда, куда тебя не звали – твой враг? Или те бабы с детишками, которых мы с вертушек поливали разным говном – были твоими врагами? Нет, земеля, твоими врагами были те, кто тебя, дурака малолетнего, туда послал ни за хер собачий.

Не ради нас с тобой и не ради афганцев этих несчастных. А для того, чтобы всему миру кулак показать, вот, мол, какие мы крутые. А что до войны – посмотри внимательней: как раз здесь, у нас, она и идёт. И не за сраные советские идеалы, от которых и вони уже не осталось, а за настоящие человеческие ценности, которые называются просто: деньги. А если точнее – Большие деньги.