Вечность придумали осенью

Мои кроссовки после перенесённого вряд ли когда-то снова станут белыми, но вот стать ещё более заполненными растаявшим снегом вполне могли. Сашу же трясло от ветра, насквозь продувшего бежевую, с тонкими светло-синими полосами, джинсовую куртку, которую она упрямо продолжала называть ветровкой.

Светлана Георгиевна подъехала удивительно быстро. Словно ещё с утра припарковала свой внедорожник за углом и только ждала случая заехать прямо в парк и остановиться возле бильярдной, хозяин которой деликатно предлагал собравшимся приступить к обмену его услуг на их деньги.

Вообще въезд на территорию парка был ограничен. По крайней мере, я никогда не видел, чтобы кто-то вольно разъезжал по его пешеходным аллеям. Но когда, распугивая людей, ищущих более щадящей обстановки, мы подкатили к выезду из обители деревьев и кустарников, Сашина мама просто кивнула охраннику, тот кивнул в ответ и, вероятно, нажал на кнопку невидимого пульта. Красно-белый шлагбаум перед нами поднялся.

Тогда я сразу захотел поинтересоваться, что заставляет охранников так покладисто нажимать на кнопки. Дело ли в Сашиной маме, или папе, или в не самой первой свежести джипе, засыпанном усиленно тающим снегом? А может быть, в этом парке? Но чем сильнее мы удалялись от него по праздным улицам, с каждой минутой принимающим всё более плачевный вид, тем более неуместным казался вопрос. Он так и остался незаданным.

– Денис, я очень рада, что мы с тобой, наконец, увиделись и познакомились, – сказала Сашина мама.

Я сидел сзади. Саша устроилась на переднем сиденье. Больше внутри никого не было. Фраза прозвучала приветливо, даже дружественно. Я уже открыл рот, чтобы вернуть любезность, но тут вмешалась моя девушка.

– Так вы ещё не познакомились! – быстро и весело сказала она, повернувшись вполоборота на своём месте. – Мама, это Денис! Денис, это Светлана Георгиевна, моя мама! Теперь говори! – шутливо скомандовала она мне.

– Саша! – Светлана Георгиевна укоризненно взглянула на дочь.

– Я тоже очень рад знакомству с вами, – удалось вставить мне.

– Хочется думать, что ты говоришь искренне, – она внимательно посмотрела на моё отражение в зеркале заднего вида.

– Конечно, он говорит искренне, мама! – снова вмешалась Саша. – Денис вообще редко говорит не то, что думает! – добавила она и озорно мне подмигнула.

Мы оба знали, что последнее утверждение не вполне верно.