Невозможное возможно. Стихи

Возвращаясь домой босиком и почти Ариэлью,

прошепчу: «Кончен бал», в темноте на кота наступив.

Снова в руки себя, и прокрустовой станет постелью

колченогий диван у стены под божественной Лив*.

____________________

*имеется в виду актриса Лив Тайлер.

О чём мечтают боги?

«О Господи, Боже Всеблагий, спаси, помоги, покарай» —

молитвы комками бумаги засыпали доверху рай.

Ладоней белесые пятна и дыры распахнутых ртов,

наверное, это приятно, быть богом… на пару веков.

Потом всё сильнее изжога, от ладана кашель и сыпь —

мечтает Всевышний немного глухим и безумным побыть,

желает предаться маразму, ослепнуть, забыть ху из ху,

по новой скроить протоплазму, как шубу на рыбьем меху.

Пузырь раздавить с Люцифером, устроить на небе футбол,

орать, позабыв про манеры: «Архангелы драные! Гол!»

Продолжить веселье в геенне, смешав непорочность и грех,

мурлыкая пьяно: «Я бог? Не… да клал я с прибором на всех!»

Виски облаками укутав, наутро взобраться на трон,

вчерашнее помнится смутно, он снова спасающий Он,

карающий, слышащий, вечный, мечтающий без тормозов

лететь по космической встречной… Разбиться? Пожалуй, готов.

В шейкере столичной суеты

В шейкере столичной суеты

взболтаны надежды и мечты,

смешаны с тоской по тишине

и боязнью оказаться вне

правил, протоколов и обойм.

Прекращая быть самим собой,

плыть в потоке пестром у метро

картой из столичного Таро.

Изживать привычки и акцент

тысячным прогоном мизансцен,

втискивать себя в модельный ряд

и сдавать кому-то напрокат.

В шейкере столичной суеты

незаметно растворишься ты.

Боже, каюсь…

Боже, каюсь. Виновен. Грешен:

простынь влажно ласкает тело,

обвивает, касаясь нежно.

Не бросай, умоляю, между

двух границ, обведенных мелом.

Боже, каюсь. Смертельно грешен.

Снова снятся глаза, улыбка,

кожа пахнет вином и мятой,

губы – сладостью спелой вишни;

сердцу жарко и тесно слишком,

как бумага запреты смяты.

Снова снится его улыбка.

На коленях молюсь полночи

и вонзаю в ладони ногти,

шепот слышали только свечи —

знаю, проклятым буду вечно.

Совладать я с собою смог бы,

безответно молясь полночи?

боже… каюсь… но снова снятся…

на коленях… смертельно грешен…

Скроить из «может быть»

Скроить из «может быть» рубаху и пиджак,

пошить из «ничего» узорчатый берет.