Водоворот Мыслей

(Манипулирует платком: вытягивает его в шнурок, то взмах, то утирает им слезы).

– Так худо им, врачей ведь нету.

Уж лучше нету того свету.

Городничий строго:

– Лекарства?

Земляника, всхлипывая:

– Тоже его нету?

Городничий:

– Так чем же лечите?

Земляника:

– Советом.

Мы голодание пропишем,

Кто безнадежен (руки крестом на груди, после, как трепещущие крылья)

Не услышит.

По Иванову обливаем,

Правда, от холода икают.

Уриной лечим мы от почек…

Ляпкин-Тяпкин, судья громко и возмущенно вместе:

– Им ведь и это слишком очень.

Городничий Землянике:

– Вы там хотя бы для приличия

Белье смените, проверь лично. (Городничий забирает платок и стелит на стол).

Земляника отдает честь:

– Перевернем другою стороною,

Все будет четко под моим контролем. (Переворачивает платок)

Городничий, вспоминая, нюхает воздух:

– Да, вспомнил запах водки медицинской

От вашего помощника Разитского. (Городничий подходит нос к носу к Землянике.

Земляника:

– Так… Это у него с рождения,

Как мамка уронила, это веянье

Исходит из прекрасных его уст.

Лука-Лукич-попечитель учебных заведений:

– Вы чесноком натрите ему ус,

Чтобы отшибло запах столь природный.

Городничий:

– Пожалуй, это более благородно.

Лука-Лукич Хлопов, озабоченно, как бы сам с собой:

– Мне надобно пройтись по педагогам.

Энтузиазм их прочь, а то в огонь и в воду.

Чему учить? Жизнь переучит.

Чем больше дашь – так знанья лучше. (Делает пальцами жест, изображающий деньги).

Ляпкин-Тяпкин, судья (басом):

– Поболее нагрузки, я б добил,

Что б на детей уж не хватило сил. (Давит кулаком по столу)

Лука Лукич Хлопов:

– Устроил тут историк наш разбой, (Ляпкин-Тяпкин поправляет скатерть и прячет руку за спину).

Что Македонский – всем герой.

Об стол он кулачищем молотил,

В щепу разбил и сбавил пыл.

Городничий:

– Оно-то ясно, Македонский-то – герой,

Но мебель портить – вред какой.

Историк ваш – совсем безбожник.

ЯВЛЕНИЕ 2.

Под музыку входят Бобчинский и Добчинский. Спешат все рассказать, перебивая друг друга. Сперва в один голос:

– К нам, к нам сюда спешит чиновник! (Трубят, как в трубы гонцы).

Бобчинский: Позвольте, я всем расскажу.

Добчинский: О, нет, со слогом я в ладу,

Бобчинский: Извольте, одолженье сделать.