«Искал не злата, не честей»

Своей лирой добывал с неба вечный огонь и осветлял им русскую землю, и живущих на ней:

Чуть слышится ручей, бегущий в сень дубравы,

Чуть дышит ветерок, уснувший на листах,

И тихая луна, как лебедь величавый,

Плывет в сребристых облаках.

Оказалось, что, творя поэтику «сердечным оком мудреным», он взялся за дело новое, взвалить на плечи которое прежде никто не додумался или не решился. Сбор словесной поэтической подати российской империи стало главным дело его жизни. За это, не за что другое, люди его помнят, благодарят.

Пушкин расположил свою поэзию в царстве возможностей и свободной воли, не торгуя совестью ни пред Творцом, ни пред венценосцем, ни «пред бледной нищетой» (Пушкин). Как говорил Эзоп: у всего сущего одна мораль – совесть и ум. Поэт обращается и к букве традиций, обрядов своего народа и к духу нравственного евангельского учения.

Он сумел поэзией ухватить неуловимый нерв времени, который правит людьми, развить его в направлении безграничного потенциала человека – роста представления о важности свободы, веры и своей религии.

Он все помнил. Все собирал по краям и крохам. Все, чем Россия жила и думой, обеспокоенной о грядущем, размышляла. Не просил у Творца легкой жизни, а просил, чтобы он сделал его сильнее и милосерднее:

Ходить превыше звезд влечет меня охота

И облаком нестись, презрев земную низкость.

Поэзия как образец подлинной (слова Достоевского) духовной поэзии, русской лирики вырастающей из души поэта и ? на основе многовековой античной культуры и многосмысленной христианской религии.

Отсюда пронзительная искренность и ? бездна смыслов, «бездна пространства», которую отметил в пушкинском слове Гоголь. «Нам нечего занимать у тех, кто беднее нас» (И. С. Тургенев о русской и западной культуре)

Едва ли не каждая строчка поэзии – это познавательное, историческое и лингвинистическое, экспоненциональное развертывание. Гносеологическое в сути: не просто созерцание мира, а его познание и выражение в слове и через слово «виждь…внемли…глаголом жги сердца…».

Поэт воплощает в словесной стихии токи мира внутреннего и внешнего: что видит, слышить и представляет: «Я заключил доброе имя в славе своего Отечества» … «и все деяния мои клонились к его благоденствию» (А. Суворов о себе, а разве не о Пушкине!?)

Они хранили в жизни мирной

Привычки милой старины;

У них на маслянице жирной

Водились русские блины;

Выстраивает чередование (градацию), сходни очищения ума и чувств.