Перепросмотр

Я кричал по утрам и просил оставить меня дома. Я хватался руками за всё, что попадалось мне по пути: деревья, столбы, ограждения. Бесполезно. Мама продолжала везти меня в сад. Ей нужно было идти на работу, а меня не с кем было оставить дома. Я вынужден был находиться в детском саду целый день, до самого вечера. Это слишком долго, и ничего нельзя было с этим поделать. Я устроил там скандал, чтобы меня больше не пытали едой. Оказалось, нянечка прошла блокадный Ленинград и считала меня избалованным мальчишкой. После истерики ко мне прислушались, но взамен пришлось согласиться, что кушать что-то всё-таки надо.

Зубную пасту, которую я любил есть тайком, пришлось исключить из моего рациона. Мне разрешили есть только хлеб и пить компот. Настоящая победа! Я стал более усидчивым, собирал разные деревянные башенки и занимался в группе, как все.

Обожаю наш двор. Мы часто собираемся с ребятами, играем в различные игры в зависимости от сезона. Есть хоккейная площадка. Зимой мы играем в хоккей на валенках с мячом.

Мама мне купила две клюшки для игры мячом: загнутую и широкую (для вратарей), потому как я и на воротах иногда стоял.

Летом мы тоже играем этими же клюшками мячом. А иногда гоняем ими сушеных надутых лягушек. Я не знал, откуда они берутся на площадке. Когда я захотел это выяснить, мальчишка постарше из двора, которого все звали Клёпа, показал мне весь процесс целиком. Он повёл меня в соседний двор, показал болото, и я убедился, что лягушки вокруг заросшего котлована повсюду. Кваканье здесь не прерывалось.

Сначала Клёпа наловил лягушек в трёхлитровую стеклянную банку. Меня тем временем он попросил найти тростинку с отверстием внутри. Я сорвал пару тростинок под корень, не зная, сколько ему надо, и отдал. Клёпа выбрал подходящую на его взгляд, вторую отложил в сторону.

– Cмотри внимательно и учиcь, – сказал Клёпа.

Я уставился на него и стал пристально вглядываться в его движения.

– Нужно оставить примерно сантиметров двадцать.

Клёпа откусил с двух сторон лишнее, продул тростинку изнутри.

– Проверим, – он сдул через неё песок с ладони, – хорошо.

В левую руку он уложил лягушку, а в правую взял тростинку. Далее он совместил руки на уровне глаз и будто прицелился тростинкой в лягушачий зад. Потом просунул её в клоаку лягушке лёгкими вкручивающими движениями. Засунув тростинку примерно на сантиметр, он остановился, перевернул лягушку поудобнее на левой ладони, зажал тростинку губами и начал тихонечко вдувать воздух в лягушку.