Опыты литературной инженерии. Книга 2

Почти вдоль русла наискось Днепр пересекала сверкающая лунная дорожка. Хорошо был виден противоположный берег, и по мелкой ряби определялся стрежень, огражденный вешками. Где-то там затопили опасную бомбу верный зам военкома, бравый начопер и шофер Гриша.

– Нет, вроде тихо, – настороженно произнес зам. – Показалось…

Некоторое время все прислушивались. Кроме комаров, ничто не нарушало покоя куинджевской ночи.

Военком прихлопнул очередного кровопийцу:

– И чего это комарье божьи коровки не сожрали? Мать их!.

– Так они же днем летают, пока комар спит, – разъяснил наивный Гриша.

– Тебя не спрашивают, – оборвал его военком. И обратился к начальнику ГИМС: – Так что там дальше было с Анголой?

– С Гвинеей, – поправил начопер.

– А ничего, – проявляя вдруг испортившееся настроение, буркнул подводник. – Всплыли, мину отцепили, расстреляли и все!

– Точно, идут, – всполошился шофер. – Слышите?

Издалека послышалось постукивание судового двигателя. Из-за поворота реки, километрах в трех ниже по течению, обозначились бортовые огни буксира.

– Тянет, – определил начальник ГИМС. – Если из-под винта долбанет, то и барже каюк! Эх, вы, ликвидаторы!

– Андрей Павлович, – возмутился военком, – не вам, а мне под суд идти в случае чего! Мы же на вас надеемся…

– А что, правильно, – поправил фуражку начальник ГИМС, – кто про мины и бомбы больше моего знает? У них, знаете, бывает, что взрыватель от ила закоксуется, а винтом его и размоет. Не взорвалась она в свое время почему? Шарик какой заел или пружинка.

– Какой вам военком архаровец? – вставил слово доселе молчавший зам. – Полковник все-таки!

– А по мне хоть адмирал! – вспылил агрессивный начальник ГИМС. – Первый буксир пройдет, воду взбаламутит, освободит взрыватель. А второй или там третий – бабах, и нету ваших! Все в дамках!

– Что же делать, черт подери? – отчаялся военком.

– Ждать! – отрубил подводник. – Ждать и надеяться, что пронесет.

Буксир подошел совсем близко. Машина гудела, лопотал винт, к берегу пришли тяжелые волны. Они хлюпали об обрывистый берег под дачами и рулонами раскатывались по отмели. Черный в ночи буксир медленно протащил плоскую баржу мимо людей, застывших в напряженном ожидании на берегу. Ничего не произошло. Буксир, деловито покряхтывая, ушел вверх по течению. Зам повернулся лицом к луне и перекрестился.