Опыты литературной инженерии. Книга 2

Милиционеры, считая свою миссию выполненной, отступили к купе проводников и стали разглядывать спецовчарку.

– Давай сюда собаку! – подал команду старший группы.

Жара его совсем не брала, хотя, надо признать, черный комбинезон не совсем подходил к местным погодным условиям.

Собаковод дернул за поводок и потащил четвероногого страдальца по коридору. Нюхач упирался, подволакивал задние ноги, будто бы в детстве переболел тяжелым рахитом. Тем не менее, он был доставлен в купе и установлен перед открытой полкой, в багажном ящике которой покоилась злосчастная сумка.

Пес задумчиво уставился на сумку, потом жалобно заскулил, как будто стоял на краю персональной могилы.

– Что это значит? – грозно спросил старший у поводыря.

– А черт его знает, – ответил поводырь. – Если там взрывчатка, он должен молча сесть.

– Так куда ему сесть, если места нет, чтобы сесть, – посуровел старший. – Ну-ка, всем выйти. Чтобы было куда сесть!

Однако пес садиться не стал, а решительно потянул к выходу.

– Он что, от опасности бежит? – спросил начальник поезда, всунув голову в купе.

– Что за ерунда! – возмутился старший группы. – Он собака, взрывному делу не обучался. Откуда он знает, как взрывчатка работает?

– Вот, я же говорил: нет взрывчатки, – обрадовался начальник поезда. – Не бомба это! Слава тебе господи!

Впереди засвистел электровоз. Поезд плавно тронулся. Начальник поезда снял тюбетейку и вытер пот со лба рукавом форменной рубашки. Вздохнувшие с облегчением милиционеры прибодрились.

Сержант начал игриво поглядывать на Викторию, а «девятый» задвинул кобуру от пистолета далеко за спину. Проводница только сейчас обратила внимание, что мужчина с подтяжками всю стоянку в Рыздвяном провел в туалете, погромыхивая умывальником. Она уже подобралась, чтобы начать прекращать безобразие, как тут в вагон ворвался расхристанный парнишка в курсантской форме. Он что-то кричал, размахивая билетом, но в перестуке и повизгивании стрелочных переходов ничего нельзя было разобрать. Только через минуту до остолбеневших антитеррористов, милиционеров, начальника поезда и остальных дошел смысл его восторженных воплей:

– Я отстал! Я на такси! Я догнал! Вот мой билет! Там моя сумка!

– Ах, ты отстал, – зловеще произнес старший группы захвата. – Сейчас мы протокольчик составим и припаяем тебе за ложный вызов, за срыв погрузки поезда, за моральный ущерб пассажиров!

– Да, да, за моральный ущерб! – встряла проводница.