Что с нами случилось? Сборник рассказов

Ведь он тоже человек, он тоже может уставать, ему тоже может быть грустно и одиноко. Лики святых на иконах, висевших в комнате, глядели на отца Григория печально.

«Ладно, уныние – грех», – сказал себе священник, встал и открыл дверь. На пороге стоял диакон.

– Отец Григорий, там вас какой-то бомж спрашивает. Трезвый, но страшный такой, со шрамом на щеке. Всю службу вас ждал. По всему видно – бездомный бродяга. Твердит, что про Георгия ему надо с вами поговорить. В непотребном он для храма виде, поэтому не пустил.

– Выгнал?

– Упаси, Господь! В трапезную отвёл, как Гоша делал, велел покормить. Заодно сказал, чтобы там вас ждал.

– Это правильно! Это ты молодец! Это хорошо! – Отец Григорий перекрестился и с радостно забившимся сердцем поспешил из комнаты. В дверях его что-то остановило. Как будто почувствовал взгляд. Обернулся. С иконы на него смотрела Божья Матерь.

СОСЕДКА «Я ИЗВИНЯЮСЬ»

Когда я въехал в свою двухкомнатную квартиру, всё мне в ней нравилось – просторные светлые комнаты, высокие потолки, большая кухня.

Жильё не было новым, но по сравнению с моей хрущёвкой это были хоромы. Купил я квартиру на вторичном рынке, продав свою старую однушку. Пришлось доплачивать, конечно. Копил несколько лет. Впахивал. Ломовая лошадь позавидовала бы.

Перед окончательным переездом, перевозкой вещей и мебели сделал ремонт. Не сам, бригаду мастеров нанимал. Тоже, знаете ли, вложился не слабо. От слова – оченьмногоденегпотраченоиянезнаюначтодальшежить.

Первая же ночь на новом месте преподнесла сюрприз. Лёг довольно рано, около десяти вечера, поскольку замотался с обустройством и устал. Как только начал засыпать, вдруг послышалось: тук-тук-тук-тук. Я сел на кровати и прислушался. Звук исходил сверху. Негромко так, но отчётливо. Тук-тук-тук-тук-тук, и затихло. Я плюхнулся головой на подушку и закрыл глаза. Через несколько минут, когда сознание заскользило по грани сна и реальности, сверху опять донеслось: тук-тук-тук-тук.

Я сообразил, что «источник наслаждения» – от соседей наверху. Стук перемещался из одной комнаты в другую. Слышимость в панельных домах та ещё.

Гадство! Мне завтра рано с утра на работу! Что у них там пинг-понговским шариком, что ли, по полу чеканят? Дети? Дети в запале игры кричали бы и смеялись. Но никаких голосов, только тук да тук.

Так продолжалось всю ночь. Как только я начинал засыпать, «пинг-понг» возобновлялся.