Демон-самозванец

Ну что за тупоголовые бараны! Еще чуть, и придется что-то делать с фитилем. Что? А только одно и остается: выдернуть, пока не рвануло. Думаю, после этого будет непросто уговорить агентов сохранять спокойствие и ни в коем случае не покидать нынешнюю позицию.

Вот показался следующий, а затем еще и еще. Э, а вот этого я хорошо знаю – темнокожий офицер Мушду. Надо отдать ему должное: с ходу понял, что и где, подскочил к пулемету, резво навел его на шеренгу агентов, заорал:

– Леон, бросай динамит! Бросай быстрее!

Тоже понимает, что не нужно разводить открытый огонь вблизи емкости для водорода.

Особенно если стенки ее травят газ, а размеры баллона сравнимы с габаритами купеческого парусника.

На крышу выбрался Грул. Выпрямился, заложив руки за спину, неспешно огляделся, уставился на Мушду, кивнул. Тот, кивнув в ответ, нажал гашетку и повел пулемет в сторону, срезая свинцовой струей одного агента за другим. Предпоследний успел выхватить припрятанный за спиной револьвер, но на отчаянный выстрел уже не хватило времени.

Тела расстрелянных еще падали, а генерал уже невозмутимо обратился ко мне:

– Леон, можешь уже спускаться. И да: благодарю, ты и правда кое на что годен.

– Не благодарите раньше времени, ведь вы расстреляли не только агентов, но и команду.

– Команду дирижабля? Пустяки, Леон, ведь ты легко ее заменишь, если я этого пожелаю. А я пожелаю.

Вот ведь незадача, быть демоном – сплошная вереница тех еще хлопот.

– Генерал, должен вас огорчить: для такого большого дирижабля потребуется несколько человек.

Я, без сомнения, талантлив, но разрываться на части не способен.

– Мушд, эти гражданские те еще трусы, наверняка кто-то спрятался, не стал выбираться по приказу. Разыскать немедленно.

– Будет исполнено!

– Бойцы! Созывайте всех на крышу и не забывайте о раненых! Никого не оставлять! Мы уходим из этой проклятой тюрьмы!

– Ура!

– Леон, принимайся за дирижабль!

– Как прикажете, генерал…

Ну да. Дело теперь за малым. Где-то разыскать самоучитель по управлению дирижаблем, проштудировать, по возможности сдать письменные и устные экзамены.

И вперед, к свободе. Ведь эти недоумки и правда расстреляли всех посторонних, в то, что кто-то спрятался, не верится.

– Леон, принимай этого красавчика!

Это я услышал, когда оказался на крыше. Скалящийся Шфарич толкнул ко мне совсем уж невысокого толстячка в черной замасленной форме. Тот, не удержавшись на ногах, упал, гулко стукнувшись коленками, перепуганно всхлипнул.