Алиса. Преодоление

– Она не в твоем вкусе, – экспертным тоном заявила сестра. Марго знала вкус брата – одного взгляда достаточно, чтобы отсеять тех, кто не подходит ему.

Даня молча опустился на лавочку в тени каштана. Девушка садится рядом, внимательно наблюдая за ним. Парень прошёлся языком по сухим губам:

– Она странная. Разгадать…

Рита всплеснула руками:

– Что там гадать?

Даня откинулся на спинку лавочки, кожей ощутив тепло дерева. Он наблюдал за солнечными зайчиками, танцующими в луже. Сузив глаза, начал:

– Я увидел её в первый вечер.

Сидел пил кофе на балконе, вечерело. Улицы наполнялись очарованием ночи… – Маргарита тихо хмыкнула – её брат романтик. – Я приготовился лицезреть потрясающую картину, как вдруг что-то тяжело вздохнуло. Подумал, что гром, но нет – я увидел быстро двигающуюся фигуру. Ножки семенили, отстукивая каблучками торопливую мелодию, – правый уголок губы пополз вверх. – Одно плечо тянулось вниз под тяжестью сумки, второе своим остриём резало воздух. Из авоськообразной сумки торчала большая кошачья морда. – Рита улыбнулась – Даня любил детали. – Видел, как лямки впивались в белую кожу. Золотые волосы закрывали спину, а лицо скрывала отвратного вида шляпа, – он презрительно поморщился. – В этом образе внешней безысходности было какое-то очарование. Увешанная безобразными сумками, пакетами. В мешковатом сарафане, – Марго понимала – это не его типаж, – но я смотрел на неё. Чувствовал легкость. Если бы не ноша – взлетела бы. И вот она приближается к луже и замирает. Я вижу, как нога взлетела, по воде пошли лёгкие круги от мимолетного касания каблука. Застыла, – лицо парня замерло в гримасе тоски, смешанной с разочарованием. – Как статуя. А я уже ярко нарисовал в голове, как она с той же лёгкостью перепрыгнула её. Как колыхнулся подол нелепого одеяния, как недовольно мяукнул кот, что-то лязгнуло в сумках, шляпа от неожиданности слетела с головы и упала в лужу, открывая маленькую голову… – чувственный тон прошёлся мурашками по спине Маргариты.  – Как лёгкие волны волос подпрыгивают, оголяя спину… – глаза налились немой злостью. – Этот самый прыжок – розовеющие щёчки, блестящие глаза. А она! Она не прыгнула! – он обиженно надул губы, скрестил руки на груди.

Серые глаза въедливо всматривались в лицо брата. В них мелькнуло беспокойство и страх:

– Ты сошёл с ума! – констатировала девушка.

– Ты не понимаешь! – встрепенулся Даня.