Времена и пространства

Если на дежурстве была медсестра Светлана Николаевна, то рассуждения и нравоучения нашего соседа прекращались достаточно быстро. У той, наверное, шприцов с волшебным эликсиром было в запасе больше, чем у остальных медсестер. Другие же медицинские работники даже не приходили к нам при беседах Забавника с собственной персоной. В течение часа, а то и двух, нам приходилось слушать его визгливые проповеди, и его же комментарии к ним.

Отбой был в десять часов. Тот, кто не мог выдержать, покидал на это время палату.

Успокоить своими силами оратора было невозможно. Попытались как-то однажды. Но вместо часа получился диамонолог на всю ночь.

Я иногда уходил к телевизору, что был подвешен к потолку в зарешеченном ящике в конце коридора, иногда не было сил уйти. Оставаясь здесь, я с нетерпением ожидал от говорившего смертельных угроз в сторону неведомого мне Шута, после чего агрессивность Забавника улетучивалась, а за ней и словоохотливость шла к минимуму, выговорившись, наш лектор-оратор замолкал и засыпал.

Несмотря ни на что, мне было его жаль. Он еле ходил, опираясь рукой о стену. Для того, чтобы подняться с кровати, он прилагал неимоверные усилия. Но никогда не обращался за помощью ни к нам, ни к медработникам. При путешествиях по палате и коридору он иногда падал, но в ответ на предложенную помощь подняться рычал и отмахивался. По сантиметру возносил свое тело по стенке вверх и продолжал движение дальше.

В тот день он снова упал, упал рядом со своей кроватью.

Долго не поднимался. После медсестры и дежурного врача пришли санитары, подняли его, уложили на носилки, унесли.

А вечером ко мне снова пожаловал дедушка в гости. Я слушал его, но не слышал, я смотрел, как небрежно нянечка вытирает зловещее пятно на полу у кровати Забавника. Мне оно напоминало другое пятно. Меня начало сильно знобить, и я, не попрощавшись в этот раз с дедом, улетел куда-то.

Придя в себя, я увидел пустую кровать напротив, заправленную и чистую. Она готова была принять нового пациента.

Лишь неважно замытое пятно на полу ныне напоминало о бывшем нашем соседе. Чем теперь себя занимать этот час вечером?

Записки из… Игрок.

Игрок.

Игрок плакал.

Немного неприятно было смотреть на физически, по виду, сильного мужчину, безвольно льющего слезы, неумело растирая их по щекам, пуская при этом еще и пузыри.

Игрок поселился у нас позже меня. Он занял место, освободившееся после Доброго Волшебника Гудвина.