Cказания о воинах-зверях

Скандинавские отряды, почти три столетия наводившие страх на значительную часть Старого Света и весьма существенно влиявшие на ситуацию в странах, которым выпало сомнительное счастье стать их вожделенной добычей, навсегда останутся притягательнейшим материалом для исследователя. Критерий оценки вооруженных сил для любой эпохи может быть только один, а именно: их эффективность. И по этому основному показателю воинские коллективы викингов остаются для своего времени если не недосягаемым, то все же образцом.

Никакие тактические промахи и громкие поражения, такие, как разгром норманнов в Бретани (890 г.), битва при Левене (891 г.) или последнее, классическое и трагическое, сражение викингов норвежского короля Гаральда (Харальда) Гардрада (прозванного «последним викингом») под Стэмфордбриджем (битва у Стэнфордского моста), разгромленных англосаксонским королем Гарольдом Годвинсоном в 1066 г. (незадолго до разгрома самого короля англосаксов нормандским герцогом Вильгельмом Незаконнорожденным, впоследствии – Завоевателем, в том же самом кровавом 1066 г. при Гастингсе!) не изменяют общей картины или, что вернее, остаются исключением, подтверждающим правило. В самом деле, ни Европа, ни Азия не смогли за триста лет создать альтернативных воинских формирований, способных не только организоваться для ответных походов, но хотя бы положить конец энергичной деятельности северных дружин или устойчиво удерживать инициативу в своих руках (хотя не следует сбрасывать со счетов и то обстоятельство, что викинги всегда находили в странах, в которые вторгались, союзников в лице одних групп местных феодалов, соперничавших с другими группами местных феодалов, заключавших с северными пришельцами военный союз и использовавших викингов в своих бесконечных междоусобицах – как, скажем, удельные русские князья пользовались в своей междоусобной борьбе услугами тех же норманнов-варягов, печенегов, половцев, а впоследствии – татар). Движение викингов не было остановлено, оно прекратилось само собой в силу, прежде всего, внутренних причин. Однако сама по себе дружина викингов остается во многом «вещью в себе». Это явственно ощутимо при изучении упоминаний о викингах в «западном» контексте – хроники VIII–IX столетий живописуют некую стихию, порой возглавляемую конкретными вождями, порой же совершенно безликую.