Прими – не возражай

Брюки коротковаты, застираны почти до дыр и поглажены криво. Ботиночки с острыми носами, детского размера. Голос тихий, немного робкий. Взгляд открытый, бесхитростный. Все его Серёжкой звали всегда, хотя ему уже где-то тридцать с хвостиком. Добрый парень. Хороший.

Возвращаюсь как-то домой, а по лестничной площадке Серёжка мечется из угла в угол. Бубнит что-то себе под нос. Нервно руками размахивает, хватается за голову.

– Серёжа, что случилось у тебя?

– Там у Мироновны течёт что-то. А у меня вода с потолка льётся.

Я чертежи еле успел убрать, а книги и вовсе не успел. И в компьютер вода попала уже. Он же на полу стоял.

Серёжино лицо страдальчески сморщилось. Глаза, увеличенные до огромного размера сильными линзами очков, выражали досаду и панику.

– Так ты постучись к ней в дверь. Может, уснула она и воду забыла выключить.

– Да я позвонился уже, а она не открывает, – растерянно ответил Серёжа и в подтверждение своих слов аккуратно притронулся пальцем к дверному звонку.

За дверью пискнул электрический звонок и послышалось недовольное ворчание Мироновны.

После чего всё опять стихло, и лишь шум льющейся воды раздавался из-за наглухо закрытой двери.

Я начал что было сил барабанить кулаком в дверь.

– Уважаемая, вы всех заливаете! Откройте немедленно, мы постараемся вам помочь, или срочно вызывайте аварийную службу.

За дверью что-то снова зашуршало, послышались шаги и оханье Мироновны.

Я постучал ещё раз и постарался как можно спокойнее и убедительнее повторить свою просьбу.

Наконец дверь слегка приоткрылась. За ней никого не было. Я толкнул дверь и вошёл в квартиру. У противоположной стены прихожей, вжавшись в шкаф, испуганно тряслась несчастная старушка. Её губы нервно шептали непонятные проклятья, а чёрные глаза были перепуганы и полны ужаса.

Я кинулся на кухню, где из сорванного шланга стиральной машинки фонтаном била на пол холодная вода. Маленькая квартира была залита уже почти на высоту ботиночек доцента, заскочившего вслед за мной. На воде мерно покачивались упавшие с полок газеты.

Плавала пустая коробка от конфет. Всплыл забытый за холодильником мусор. Мироновна продолжала тихо стонать из своего угла. Я перекрыл подачу воды в квартиру. Мы с Серёжей, схватив таз и два совка, начали энергично собирать воду.

Спустя полчаса основная часть воды была вычерпана в унитаз. Мокрый, как мышь, доцент побежал спасать свои книги и компьютер. Я присел на табурет, развязывая шнурки кроссовок, чтобы вылить из них воду.