Кенотаф

– Вот именно что быстро… Настоящее шампанское выдерживается несколько лет в специальных бочках и бутылках. Литературу нужно читать, товарищи профессора с доцентами, особенно тем, кто гигиеной труда заведует. Не всё то хорошо, что по-стахановски добывается, шампанское не антрацит, – поучительно пошутил Иван.

– Критику вышестоящих товарищей принимаю. Готов признаться, что пью шампанское первый раз в жизни, – ответил Семен.

– А по мне, – вступила в обсуждение Соня, – так и то и другое шампанское не сравнится с нашей привычной водочкой.

– Поддерживаю партийную позицию моей подруги: буржуазному по происхождению шампанскому не сравниться с пролетарской водкой, – пошутила Ольга.

– Сравнится, не сравнится, а давай-ка, Оленька, выпьем еще шампанского за наши еврейские половинки. Две тысячи лет плотина, возведенная эксплуататорскими классами вокруг евреев, сдерживала их таланты. Но наша революция разрушила ту плотину, и энергия угнетенной нации выплеснулась и пошла волной высокой.

И вот вам зримый результат за этим столом: Семен – ученый, директор института, не сомневаюсь, что скоро и академиком станет; Сонечка – талантливый и любимый нашим пролетариатом врач, не сомневаюсь, что скоро и главврачом будет. За вас, Семен и Сонечка, – поднял бокал Иван.

– Спасибо, Ванечка, за признание. – Соня пригубила бокал. – Думаю только, что та волна поднята идеями коммунистического интернационала у всех наций: «Весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем мы наш, мы новый мир построим, кто был никем, тот станет всем!» Вот ведь в чем дело…

– Согласен с Сонечкой… – сказал Семен.

 – Евреи в черте оседлости поверили в интернационал, а Октябрьская революция открыла им все пути, разрушила, как сказал Ваня, плотину угнетения…

– Да, Октябрьская революция, конечно, открыла дорогу… – без пафоса подтвердил Иван. – Хотя если быть точным, то равноправие всех наций ввела еще буржуазная Февральская…

– Ты, Ваня, не иначе как перепил немного, – забеспокоилась Соня, – посмотрели бы мы на «равноправие наций», если бы белые победили в Гражданской войне.

– Вот-вот… А мы с Семеном не дали им победить. Правда, Сема? Там, на Гражданской, прошли наши лучшие годы, незабываемые. Давайте споем, что ли, песни нашей молодости…

Предложение Ивана всем понравилось, и Ольга первой звонко запела:

Слушай, рабочий,

Война началася,

Бросай свое дело,

В поход собирайся.