Россия: Право быть непокорённой. Избранное

Возможно в неживой и дикой природе и существует подобный закон прогрессивного разрушения – с упёртыми баранами на узких тропах. Но на примере разумных людей развитие, очевидно, обратное – через с л и я н и е противоположностей в пары для непрерывного продолжения развития через рождение нового, с последующим слиянием в семьи и иные дружественные коллективы – на более высокой ступени организационного развития.

В сущности все современные конфликты свелись к борьбе между свободой по-западному и полной свободой всему добропорядочному.

Но для кого Россия была Отечеством потомственным? Очевидно, только для тех, кто от поколения к поколению строил его в отличие от барствующих хозяев жизни – трудовыми руками укладывая тесанные камни, кирпичи и брёвна в архитектуру Храмов науки и культуры; тягали рельсы на железную дорогу от Петербурга до Москвы; ходили за плугом, выращивая продукты себе и другим в достаток. И сходились в штыковой, защищая Русь-матушку от супостата.

Так ведь не было бы сегодня ни великолепия ансамблей, ни храмов золочёных, ни других чудес – с одними господами-барами, кроме как в отдельных мечтающих мозгах, с риторическим словоблудием, которые сегодня облачили в бесконечные увеселительные шоу-поединки на самом высшем элитарном уровне!

А если начинать судить о варварстве большевиков, то по нынешним п р а в о в ы м меркам – варварство вообще следовало бы считать уникальным благом для весьма успешного возврата к свободной демократии олигархического типа, по примеру прошлых закатившихся Империй.

2—4. Резюме

Автор не ставил своей целью повторять всё разнообразие взглядов на проблемы построения коммунистического общества.

А достаточно сказать, что на практике такого строя не существовало никогда, кроме как в качестве «призрака», забродившего по либеральной же Европе!

И если это верно, то – действительно, можно только удивляться тому, как ловко воспользовалась прозападная цивилизация нагнетанием русофобии – с того момента, когда царский режим прекратил своё братание с европейскими принцессами на российском троне.

Ведь под теми же большевиками можно понимать и узкую группу партийных адептов, но и преобладающее большинство трудового российского общества. То самое большинство, которое и стало определять – какой быть власти над собой.