Бабочка под стеклом. Литературно-перестроечный коктейль с ощутимыми нотками мистики и криминала

И тут вдруг вспомнилось, как, уже разменяв тридцатник, она решила окреститься в маленькой таруской церквушке, хотя, в общем-то, и не вдруг. Давно думала, да не решалась. Один вопрос донимал, довольно каверзный:

– Если веришь в единого Бога для всех, имеешь ли право принять православие?

Ведь так хорошо ей было со своим Единым богом, поддерживающим всё лучшее в человеке, да ещё и присматривающим за сохранностью всего, этим трудягой наработанного.

– Ни суеты, ни зависти. Да и пробиваться никуда не надо.

Всё в ноосферу и так уходит!

Легко от этого становилось. Полная свобода духа и творчества.

А православие ведь – жёстче. Того нельзя, этого… А как писать с постоянной оглядкой? Ведь без «чёрного» и «белому» не бывать! Это и глодало её тогда. Одно успокаивало, что, скорее всего, её Единого Бога на Руси Иисусом Христом зовут, мол, какая же тут измена? Да и нельзя же, от своего народа в стороне, – чужаком стоять!

И вот ехала она, именно об этом размышляя, в Тарусу, на Цветаевский праздник.

Присела на скамейку автобусной остановки, и вдруг подходит к ней монашка и говорит:

– В Бога верит не разум, а твоя бессмертная душа. Она его видела… Что задумала, девонька, то и делай. Греха не будет.

Сказала, и в толпе растаяла. А тут и автобус подошёл.

Приехала Елена в Тарусу, и сразу – в церковь.

Вошла, и тотчас виноватой себя почувствовала, что так давно не была. А церковь – вся в лесах стояла: только восстанавливать начали. Внутри – половички домотканые, рушники, тазик медный на керосинке: воду для малышей подогревают.

Желающие креститься в рядок стоят, босиком. Лица у всех светлые.

Смотрит она во все глаза, будто в раннее детство вернулась. А тут бабушка-служка подходит и говорит: «Что, стоишь? Может, креститься хочешь?». «Хочу».

«А крестик-то у тебя есть?». «Нет». «Так иди, купи, и свечку ещё».

Пошла, купила, да и все деньги, что с собой были, на восстановление храма отдала. Поставила её бабушка последней в общий ряд. Подходит батюшка и спрашивает: «Крещение принять хочешь? А где ж твоя крёстная мать?» «Нету», – отвечает.

«А коли нету, то в другой раз придёшь». Елена чувствует, что нельзя уйти, ведь столько лет решалась…

А тут совсем молоденькая женщина, что ребёнка крестить принесла, говорит: «Я буду ей крёстной матерью».

Елена обрадовалась, а батюшка ей: «Крёстную мать с улицы не берут». И тут набралась Елена храбрости: «Да ведь она же ко мне в церкви подошла! Её мне Бог послал».