Бегущая по тундре. Документально-художественная повесть

За спиной анкалина послышался детский крик. Он оглянулся и увидел машущего ему рукой младшего сына – Тегрувье. «Атэ, атэ[2 - Атэ? – папа.], – кричал он, – энэкэй[3 - Энэкэй – бабушка.] зовёт тебя домой!»

Тумнеттувге вынул трубку изо рта, достал кожаный мешочек, где хранились табак и спички, положил туда трубку, спрятал мешочек и только после этого поднялся, и не спеша пошёл по осыпающейся береговой гальке на высокий тундровый берег, где его ждал сын. Они подошли к яранге, рядом с которой стоял земляной дом, и зашли в него.

В дальнем конце единственной комнаты, за занавеской, стонала Эттэринтынэ. Наступило время родов. Шёл 1930-й год.

Рождение ребенка происходило буквально на глазах всех обитателей дома, за символической занавеской, которую, в свою очередь, загораживала своим телом бабушка. Две женщины, подружки роженицы из соседних яранг, помогали Эттэринтынэ рожать.

И вот раздался крик ребёнка. По дому разнёсся аромат жжёной коры плавникового дерева.

Им прижигали пупок новорожденного, а саму пуповину убирали в специальный загодя сшитый кожаный мешочек.

Выглянувшая из-за занавески Киунэ коротко бросила: «нээкык» – дочь.

– Га, ата-ата-ата! – воскликнул Тумнеттувге, вскидывая руки вверх ладонями. – Га, якай-якай-якай! Га, кыш-кыш-кыш!

Это были восклицания, отгоняющие злых духов. Он знал, что русские люди, жившие недалеко на полярной станции, смеются над чукчами, верящими в духов, объясняя им, что никаких духов нет.

Но чукчи, на всякий случай, соглашаясь с русскими, продолжали верить своим добрым духам и старались прогнать злых. Ведь духам от этого не станет хуже, а уж тем более верующим в них простым морзверобоям, охотникам и оленеводам.

Занавеску убрали, и Тумнеттувге подошёл к жене. Она грудью кормила маленькую дочь и улыбалась мужу, своим сыновьям и бабушке, которые с восхищением смотрели на неё и маленького человечка, так старательно сосущего грудь матери.

Счастливый муж отошёл от жены с ребёнком, присел на корточки, достал свою трубку, но не закурил. «Как же не просто устроен мир, – думал он, посасывая трубку. – Вот женщина – она может дать жизнь, выкормить ребёнка. А потом дать новую и новую жизнь. А мужчина? Ему поручено добывать пищу, защищать свой дом, жену, детей от врагов, от злых духов, диких зверей как умка[4 - Умка – белый медведь.], волк или росомаха.