Бегущая по тундре. Документально-художественная повесть

Мама взяла его руку и потянула к себе.

– Иди ко мне, мой хороший, иди!

– Ааа ттты нее бббудддешь мммееня ррррууггаать и отттдааавать чччукче заа чччашку? – спросил вдруг он.

– Да какая чашка, мой любименький! Плюнь ты на эту чашку, и давай будем вылезать отсюда.

– Ааа чечччууукча ууушёл?

Люся неожиданно представила себе всю картину случившегося: «Хулиганишь, плохо себя ведёшь? – придёт чукча и заберёт тебя». Разбилась чашка, и вошёл Пананто – сработало родительское предсказание; жуткий страх и желание куда-нибудь запрятаться.

Всё это промелькнуло в уме Люси.

– Да нет никакого чукчи! Иди ко мне, – она оторвала сына от ножки и прижала его тоненькое, ещё трясущееся от страха тельце к себе.

– Ну, ты там что, заснула? – послышался голос отца.

– Иди и скажи Пананто пусть едет домой. Сегодня вы никуда не поедете, – ответила Люся и, не выпуская из рук сына, елозя всем телом, она стала выбираться из-под кровати. Видя это, Николай наклонился и вытащил их обоих оттуда. Затем вышел на улицу.

– Вот что Толя, – сказал он каюру, – мы сегодня никуда с тобой не поедем. Давай отложим это на завтра. А ты, если сможешь, надень дома что-нибудь цивильное и вечером приходи к нам. Я тебя с сыном познакомлю, чтобы он больше тебя не боялся. Договорились? – Пананто согласно кивнул головой, и собачья упряжка умчала его в начинающуюся пургу. «Правильно, что не поехали сегодня. Не хватало ещё пурговать в тундре. Поедем после пурги», – и Николай вернулся домой.

Мишка перестал говорить. Нет, он пробовал, но у него это не получалось.

Правда, некоторые слова он выговаривал, но с трудом. Иногда, заигравшись с мальчишками или с братом, он мог сказать несколько фраз. Но когда приходил «в себя», то опять замолкал. Врачи сказали, что заикание не лечится.

Он познакомился с Пананто, и они даже подружились. Анатолий несколько раз катал его на своей собачьей упряжке и консультировал Мишку, когда у того появилась собака.

Прошло лето. Мама была в шоке. Нужно было идти в первый класс, а как в таком состоянии сын будет учиться? Помогла первая Мишкина учительница – Тамара Ивановна Колохманова.

Откуда этой девятнадцатилетней выпускнице Анадырского педучилища было известно, что заикание можно лечить пением?.. Но, они договорились с Людмилой, что Мишка будет петь и в школе и дома. Так и пошло.

Сначала Мишкиным окружением это принималось со смехом, но потом все дети успокоились и даже стали требовать от него, чтобы он пел, когда хотел что-то сказать.