Стой под дождём

Ни ради своей гордости и тщеславия, ни для доказательства того, что я еще в состоянии делать полезные и приятные дела, а просто для самого Саньки, не оставившего меня в трудные дни, когда дом опустел и замолчал телефон, для моего единственного друга…

И опять перед моими глазами, в памяти моей поплыли картинки бурной юности.

…Эх, Володя, Володенька! Как же мы рассекали с тобой по Москве много лет назад. Все лучшие рестораны готовы были всосать нас, будто пыль в пылесос, в свои объятья. ВТО и ЦДРИ расстилали перед нами изысканные закуски и вливали в нас армянский коньяк.

Володька Кудинов, подающий надежды режиссер «Мосфильма», снявший к тому времени несколько, довольно скандальных, фильмиков в «Фитиле», безукоризненно выбритый, надушенный, в строгой финской «тройке», с модельным прикидом на голове, стрелял своими веселыми и озорными глазками во все стороны. Это были не глаза, а петарды, прицельно поражающие женские сердца. Я же всегда носил ярко-синие, потертые, где надо, джинсы-дудочки, очки, как у кота Базилио, темные и круглые и на голове великолепнейшую шевелюру до плеч. Так что нас с Володей всегда было видно за версту еще и потому, что он был под два метра, а я на голову ниже. Кроме того, он обладал феноменальной способностью – разговаривал исключительно матом, да и как я понял из телефонного разговора с ним, мат остался его лучшим другом по сей день. Нет! Все деловые встречи начинались всегда довольно пристойно. «Прошу вас…», «позвольте отрекомендоваться», «что вы, что вы», «если вам будет угодно», «если вас не затруднит», и так, в таком духе встреча продолжалась максимум пятнадцать-двадцать минут. Но потом!.. А потом текла река-Мат. На нашей Земле есть разные реки: Волга, Миссисипи, Амазонка и т.д. У Володьки Кудинова была собственная река, лично им открытая, причем она была гораздо полноводнее, чем выше названные, со всевозможными порогами, отмелями и водопадами. Имя ей было – Мат.

Именно Володя и сообщил мне по телефону, что завтра на Белорусском вокзале он встречает своего «друга детства», а ныне гражданина Бельгии Андрея Дрожжина.

И прибывает этот друг со своей женой, внучкой царского губернатора города Пскова, Ириной. Кудинов поведал также, что Ирина никогда не была на своей исторической Родине и жаждет посетить города: Псков, Санкт-Петербург и, разумеется, Москву. Узнал я и о том, что внучка губернатора в совершенстве владеет русским языком, но тем, на котором изъяснялось русское дворянство.