Синхронный ирий

Я люблю, и это всё, что я могу сказать. И точка. Да это пафосно, пафосно и ещё тридцать три раза пафосно! Сердце не разделяется, не разрывается на две части – оно расширяется до бесконечности и способно вместить две бесконечные любви. И можете говорить, что это неправда. Можете говорить сколько угодно! «… и тоскую сейчас… о великой мечте – стать в любви гениальным…» (Федерико Гарсия Лорка).

И пусть это только в моём сердце. И пусть это только в моих снах. И пусть только это в моих фантазиях. Но иногда они настолько сильны, что точно знаешь, что нет ничего сильнее их во всей бесконечности вселенных.

Сердце обнимает необъятное и невероятное. «На могилу любимой посылали меня друзья утешиться, но я ответил: “Есть ли у неё иная могила, кроме моего сердца?”»

Т-пространства оказались неисчислимостью параллелей и перпендикуляров, передвигающихся то так, то этак, покоясь просто и сложно. Их точки имели оси, соединяющиеся позади. И тут я вспомнил про Ирэн. Вернее вспомнил мой мозг – я ведь занят параллельным и перпендикулярным движением.

Среди ночи я встал и пошёл на кухню. Никогда этого не делал, а тут… Есть не хотелось и пить не хотелось. Зачем я пришёл? И тут я услышал позади шаги – характерные шлепки босых ног о прозрачный кафель. Это была Ирэн. Она тоже проснулась. На ней была прозрачная короткая (до талии) маичка, а сверху наброшена лёгкая кофточка – и больше ничего. А я вообще всегда сплю в адамическом состоянии, да и большую часть дня передвигаюсь по дому в таком же виде.

Я подхватил Ирэн под мышки и посадил на подоконник. Она развела ноги. Там у неё было гладко и бело, словно на дне чашки. Я погрузил язык в эту белую чашу. Он всё удлинялся и удлинялся, словно изо рта моего выползала змея прямо ей во влагалище – я не мог остановить взбесившийся язык. Но и её лоно углублялось до бесконечности, до бездонности. Где-то в неведомой глубине я прикоснулся к её клитору. Задержался там надолго и опять продолжил погружение на батискафе эротической кометы, двигающейся по ацифровой параболе.

Океанские глубины, Марианская впадина со страшными глубоководными рыбами и мерцающими моллюсками оставались где-то позади, растворялись в безднах космоса, а те в свою очередь растворялись в хаосах фиолетовых свечений…

Но в Т-пространствах я увидел Тиис. Она была словно альтернатива Ирэн. Стройная, фигуристая, с ошеломляюще красивой попкой. Её привычка одеваться в собственные волосы возбуждала меня несказанно.