Подарите Наташе семью

«Нашла , чему радоваться, вот если бы ты каждый день приносила «5» – другое дело, а то первая пятерка в третьей четверти – позорище какое!». Я все еще стояла улыбалась, перебирая все слова в голове. Мои губы стали судорожно трястись, но я молча ушла в свою комнату. И тут слезы полились, я их вытирала, а они все текли и текли. Даже сейчас, вспоминая тот момент, у меня сердце замирает от обиды. Я тогда залезла под кровать, чтоб меня никто не видел и ревела часа два. Сама же все думала, что сейчас зайдет мама и скажет, что пошутила и похвалит меня, но мама не зашла, да и не шутила она никогда.

Что-то тогда оборвалось у меня в душе. Я сидела на последней парте, если вызывали к доске, я нагибала голову, чтоб меня не видели и не спросили. Домашние задания списывала, так и училась. Тогда я вспомнила о своей второй мечте – найти подруг. Но здесь я опоздала. Пока я безуспешно пыталась учиться, все девочки разделились по компаниям, и я в их компаниях была лишняя.

Да уж счастливое детство! Если бы у меня был ребенок, я бы точно сделала его счастливым.

Выпускной четвертого класса… Я здесь уже начала поправляться. Вечные больничные и освобождение от физкультуры сделали свое дело. Наша «ненаглядная» Нина Ивановна где-то училась и в тот год уезжала защищать диплом. Нам поставили другую учительницу. Так то я делала все уроки правильно, не правильно другой вопрос, но раз меня никогда не спрашивали, то я и не волновалась.

Как-то задали нам выучить стих «На севере диком…». Конечно, я выучила, как всегда…

– Степанова, к доске.

Я даже не сразу понял, что она сказала. Меня ведь никогда не спрашивали, я ведь отстающая, зачем на меня отвлекаться, когда есть много других умных детей. Я встала, ватными ногами сделала шаг.

– Дневник не забудь.

Е-мое, я даже забыла, что к доске дневник надо брать.

«На севере диком

Стоит одиноко…»

Я чувствовала себя, словно эта сосна. Стою одиноко «на голой вершине».

Рассказала, боюсь взгляд поднять на учительницу. Опять обзовет тупой, ленивой, а все будет смеяться.

– Умница, держи дневник, садись.

Но я стояла, даже поверить не могла, что мне написали «Молодец» и что-то так расстроилась, что слезы потекли.

– Ты почему плачешь, Наташенька?

– Не знаю.

– Вот дура- крикнул кто-то- повезло, пять хотела двойку схватить, а ей пять поставили!

Я не выдержала, еще сильней разревелась из выбежала из кабинета.