Новый рассвет

Ну, а в конце… Что там ведомо знать:

Вновь возгораться иль углем лежать?

Вновь обрести иль навек потерять?

Как интересно, всё это узнать?

* * *

На тротуаре жизни той

Она стояла бы с фатой,

Но не судьба, видать, то ей,

Она свободна от цепей.

И можно снова наслаждаться

Всем тем, что может попадаться:

Кутить, куражиться, кружить,

Ну, в общем, как и прежде жить.

Ну, а фата, на что она?

Однообразна и скучна,

Она не даст уже свободы

И естества своей природы,

Она стреножит резву лань,

Направив целомудрья длань,

И всё придётся позабыть,

Что так сумела полюбить,

И не придётся уже вновь

Разгорячить и в клубе кровь.

Но, отложив фату в сундук,

Она вновь вырвется из рук,

И вновь закружит хоровод,

И унесёт её вперёд…

* * *

Под пеленой, накрывшей диск луны,

Под синевой, что всё затмила рядом,

Мерцают звёзды в тишине Москвы,

Расцветив ночь мигающим парадом.

И этот вид на крыше увидав,

Он ей в стихах пытался передать,

Но сон, увы, с рассветом овладав,

Заставил под луною ночевать.

И только ветер, отыграв листвой,

Сорвал с настила этот черновик,

И вознеся его вверх над Москвой,

Подбросил к небу, будто бы на миг.

И лист летел, влекомый той судьбою,

Порывом ветра, свежестью утра,

Чтобы случайно, звёздной пеленою,

Упасть на пол возле её стола.

Чтобы она, проснувшись вновь с лучами,

Что ворвались в открытое окно,

Поднявшись мягко, потянув руками,

Присела, чтобы лист поднять его.

* * *

Давай сбежим от тех проблем,

Что закрутили чередом,

И уплывём от этих стен,

Что выросли уже холмом,

Давай мы взмоем над работой,

Оставив всю её внизу,

Что воскресеньем иль субботой

Кидает кости нам в тазу.

Давай укроемся дождями

От хилоты системы всей,

Чтоб там стоять под облаками

Среди тропических морей.

Давай забудем на минуту,

Единый день, неделю, час,

И вновь вернёмся мы к маршруту,

Который выбран был для нас.