Теку, или Испытывая жажду

Сказали, он будет с минуты на минуту – пригонит «свежатину».

– Можно воды? – попросил я.

Один из мясников молча указал на ведро.

Я подошел к ведру и тут же отпрянул назад: в ведре была кровь. Мясники загоготали. Больше я их ни о чем не спрашивал.

В углу на столе, чтобы всем было видно, вещает телевизор: «На берегу Шотландии посреди мусорной свалки девушка засняла корову, которая наполовину проглотила рыболовную сеть. Бедное животное не могло ни прожевать ее, ни выплюнуть. К счастью для коровы, все закончилось хорошо: животному удалось срыгнуть сеть».

– К счастью для коровы, она и так не жилец, – сказал один мясник.

– Га-га-га! – поддержали его остальные.

– Можно теперь не беспокоиться ни за корову, ни за мусор.

– Можно подумать, у нас тут девственные луга!

– Да у нас тут еще ничего так. Слышал, в центральной полосе вообще писец.

Vitula eligans deformem пасутся на лугу, ищут среди мусора траву. Их сгоняют в одно стадо и ничего не объясняя куда-то ведут. – Такая незавидная участь! А если они в один прекрасный день вдруг все поймут, что тогда? Будут ли они мстить? Или покорно пойдут на убой, как шли всегда? Раздайте всем винтовки; на каждой из них уже выбито место бойни – готовенькое местечко под солнцем: полуразрушенный, полуживой дом коровьей смерти.

А вот и они! Коров провели по тому же темному коридору, по которому шел я; там они и остались ждать свой черед. Прежде них в комнату вошел человек. Он поздоровался со всеми.

– Слушай, Гружевый, к тебе тут пришли – те самые! – сказали ему.

 – «Ну и видок у этого Гружевого: словно его поезд переехал. В другом месте держался бы от него подальше».

Тот, кого называли Гружевый, пошел в дальний угол, скрытый во мраке, и извлек из него бутыль с водой. – «Искоса так посмотрел! Все пьет и пьет эту воду – наверное, там градусов сорок… Руки не дал».

Я поздоровался с ним. Гружевый посмотрел по сторонам – я вместе с ним. И тут я заметил, что все перестали работать и теперь смотрят на нас. Гружевый пошел в коридор и привел корову.

Телка жевала траву. – «Почему она такая спокойная? Неужели не чувствует, что здесь творится?!»

Гружевый подвел корову ко мне.

– Подержи, – сказал он мне.

– Как подержать?

– Просто возьми ее за рога и держи.

Я взял корову за рога; Гружевый тут же достал из-за пояса нож и вспорол телке горло. От внезапной боли корова резко подалась вперед и ударила меня в лицо. Я упал. Рассвирепевший зверь бушевал передо мной. На нем клеймо – три шестерки.