Лавина жестокой дисгармонии

В голове крутился последний диалог, в котором мне наговорили много грубостей, и весьма неприятный расход. Радовало только то, что этот этап закончился, однако свободной я себя все еще не ощущала.

Неожиданно я поймала себя на мысли, что до поезда оставалось пять минут, а Его все не было. Неужто несколько недельная традиция оборвалась? Вот ведь как бывает, человек привыкает ко всему, и я приноровилась уже сталкиваться с Ним по пятницам. И сейчас, когда на перроне его не было, я невольно удивилась. Даже стала оборачиваться и взглядом выискивать знакомую фигуру, но тщетно.

Кучки однотонных людей, бесцветные прохожие и тусклые попутчики, совершенно не похожие на него… Я печально усмехнулась одним уголком губ и продолжила пить морозный воздух. Он не пришел. Подумаешь, на самом деле не больно-то и хотелось.

* * *

Тянулись безрадостные ноябрьские дни. Будучи глубоко погруженной в учебу, я выкинула из головы того загадочного парня. Самый обыкновенный человек, простой прохожий, мне совершенно не было дела до него, тем более что он больше не попадался мне на глаза.

И хоть мне нелегко дался разрыв прошлых отношений, я все равно не унывала. Между тем, курсовые проекты, контрольные работы и домашние задания не заставляли себя ждать. Среди этого водоворота кое-как удавалось находить время для чтения книг и любимого хобби фотографа. Мне нравился такой слаженный темп. Незаметно для себя я успокоилась. Сердце перестало трепетать в неведомом мне предвкушении, душа не требовала вдохновения, а я сама окончательно погрузилась в обыденность и рутину.

В скуку. И я была даже рада тому, что мое внутреннее состояние перестало бушевать, а сердце больше не терзала ноющая тоска.

В середине ноября, когда в жизнь ворвался плотный мороз, я сидела на скамейке перрона в ожидании поезда. Огорчало лишь то, что сезон элегантного утонченного пальто закончился, и приходилось теперь кутаться в пуховик, прячась за шарфом от кусачего ветра. Настроение было легким.

Радость принесла сегодняшняя пара по курсовому проекту, на которую я явилась единственная из группы, вследствие чего заработала неукоснительное уважение преподавателя. «Ну и аншлаг!» – выразился он. Вот уж за что, а за этот предмет я теперь точно не переживала.

Вдоль открытого перрона, уложенного каменной плиткой, тянулись два ряда скамеек, приставленных друг к другу спинками. Я сидела на самой крайней, что пряталась под крышей.