Вьюга Вечности

– Да спятил, наверно, старик от забот…

Заветные мысли читая,

Промямлил водитель, входя в поворот:

– На свете не это бывает!

Но нет, безусловно, он хитрый старик,

Хотя и одёжка ветшает,

Но что он про душу-то там говорит,

Чего она там не вмещает?

И снова послушно листает талмуд

Привычная к прошлому память…

В морщинах лицо, глаза свет отдают,

Баян опьянённо играет:

– Возьми, не упрямься, а солнце и лес

В карман уместить ты не сможешь.

Старик засмеялся: «Душа уместит,

Карманом душе не поможешь».

Стрелою шоссе, представительный джип,

Холстами реклама мелькает.

Богат ты настолько, – сказал мне старик,

Насколько душа мир вмещает.

Рецепт

Пройдя медосмотр на предмет ОРВИ,

Выявил доктор упрямство в крови:

– Голубчик, крепитесь, тяжёлый синдром,

Не жизнь – ад кромешный вас ждёт за окном!

Стоит посетитель на ватных ногах,

Во рту пересохло, нет силы в руках:

– О доктор, спасите! – сказал он с трудом,

Рецепт пропишите иль лук с чесноком?

– Чеснок и пилюли тебе не пойдут,

Упрямство не шутка, его не проймут.

Но есть у меня от подобных делов

Сакральный рецепт от семи мудрецов!

И важно склонившись над белым листом,

На нём процарапал: «АрсендумИмДом»,

И глазом в оправе очков не моргнув,

Продолжил спокойно, рецепт протянув:

– За завтраком, ужином, ночью и днём,

Упрямо твердите: «АрсендумИмДом».

– Когда же наступит лечебный эффект?

– Когда рассмеётесь, постигнув секрет!

Распятые

Мы – мятежные, вечные ветры,

Мы – скитальцы, нам бездна – судьба,

Мы – наездники огненной бури,

Не одна нам светила звезда!

И ночами случайно летая,

Узнавая чужие миры,

На мгновение вспоминаем,

Но, проснувшись, не помним, увы.

Нас унизили падшие души,

Погрузив в полусон забытья,

Чтоб терзались, не зная покоя,

Чтоб убили людские дела.

Чтобы мы в безнадёжном падении

Стали чем-то похожи на них,

Чтоб глумились они в упоении

На распятых, но вечно живых.

Рост

Мне б грудь разорвать и впустить жадный ветер,

Мне б сердце понять и душе бы ответить,

И, бросив прогнившее ремесло,

Забыв про сомнения, встать на крыло!

И может, тогда, среди россыпей звёзд

Пьянящее счастье познавши,

Я вспомню про то, как мучительно рос

И долго пытался стать старше.