Выросшие в СССР

) Деду с Бабкой за ударный труд всей жизни государство однушку выделило в новом доме «улучшенной планировки».

Г. А где старики-то?

В. У нас обособленное мирное сосуществование. Они в комнате, а я на кухне, зато с балконом.

Виктор начинает доставать продукты из холодильника: среднего размера тазик с «оливье», трехлитровую банку домашнего засола огурцов и помидоров, батон сырокопченой колбасы, объемную кастрюлю сливового компота, две бутылки водки, шпроты, грамм триста пошехонского сыра и даже маленькую баночку черной икры.

Заставляет весь стол.

Г. Ничего себе, да тут на целый взвод – дастархан под завязку. За неделю не одолеть!

В. Я ж тебе говорил: родители откупаются. Любовь и заботу проявляют. Издалека!

Г. Давай позовем стариков.

В. Ни в коем случае! У нас раздельное ведение хозяйства. А им отец от щедрот из своего спецпайка вдвое больше прислал – холодильник ломится.

Г. Испортится все! Ты же не употребляешь ничего. Одну дрянь свою!

В. Ладно. Давай Славке «Филу» позвоним.

Тем более живет недалеко.

Г. Как он, все хиппует?! Рисует еще?

В. Ладно, ты тут распоряжайся: колбасу, сыр порежь, тарелки расставь, а я в ванную, поправиться надо.

* * *

Через десять минут.

В. (По телефону.) Алло, Слав, как дела? Что поделываешь? Приезжай в гости – посидим, музыку послушаем. Мне тут предки новогодних деликатесов прислали, а мы вдвоем с Григорием не осилим. С каким Григорием?

Г. Дай-ка трубочку. (В телефон.) Здравствуйте! Жив еще курилка?! Давно не виделись! Ну что, приедешь?

Г.

(Кладет трубку.) Сказал, через час будет. Ну, приступим, что ли, а то если его ждать, то и меня ломать начнет. (Наливает и быстро выпивает две рюмки подряд).

Да выключи ты эту дребедень! (Повторяет за диктором.) «Передовой коллектив ЗиЛа завершил трудовую вахту досрочно, за неделю до конца календарного года, перевыполнив план на пятнадцать процентов!». Достали уже! Пятилетку за два дня! Давай музычку какую-нибудь послушаем!

В.

Что тебе завести?

Г. А то ты не знаешь! Jethro Tull, конечно! Только не очень громко – у меня на громкие звуки идиосинкразия.

В. Ты вбрасывай, вбрасывай и ешь активней. Сейчас «Фил» приедет, а у него аппетит – мама не горюй.

Г. Он что, выпивать начал?

В. Да нет! Зато на еду жор страшный.

Г. Ну, это понятно. На траве, небось, сидит.

В. Придет – узнаем. Тебе Макеевские сестры не звонили?

Г. Нет. С того осеннего визита ни слуху ни духу.