Лунные яблоки. Сборник художественной прозы

Там долг обязывает поддерживать дружеские отношения, а здесь ничего не обязывает, и в этом весь смысл и удобство. Захотел – позвонил, не захотел, до следующего раза.

В этот раз звонить была очередь Шурика, и вечером в пятницу я услышал в трубке его голос. Голос старого приятеля сообщил, что не мешало бы встретиться, выпить пива, и можно у него – жена с детьми уехала на дачу. И я согласился, потому что моя жена тоже собралась на дачу, и тоже без меня.

Прихватив с собой несколько банок легкого пива, я направился к Шурику.

Жили мы почти по соседству, четыре остановки на метро. Через полчаса мы уже пили пиво с подсоленной соломкой и с удовольствием вели неспешную беседу о том, о сём… А ещё через час темы для обсуждения подошли к концу, и я заметил, что приятель почему-то проявляет нетерпение: ёрзает на табурете, то и дело посматривает на часы, прикуривает одну сигарету за другой. У меня возникло ощущение, что он припас что-то интересное для меня и ему не терпится это что-то мне показать. Наконец, я закончил фразу и вопросительно посмотрел на приятеля. Шурик заговорщицки мне подмигнул и сказал, немного врастяжку:

– Послушай-ка, Эдик. Мне тут удалось откопать одну очень интересную штучку, за-ка-ча-а-а-ешься! Ей-богу, ты такого ещё не видел, пошли, покажу.

Мы взяли с собой по банке пива и переместились из кухни в комнату. Шурик включил компьютер и пододвинул для меня стул. Компьютер загрузился, и на экране возникла заставка: старуха Шапокляк тянет за верёвочку кошелёк.

– Ну и… – я посмотрел на Шурика.

Шурик хмыкнул, почесал за ухом и спросил:

– Скажи-ка, Эдя, а чего бы ты хотел прямо сейчас?

Странный вопрос. А главное, несвоевременный, потому что именно сейчас я ничего не хотел. Но, предполагая, что это и есть то, ради чего мы сели за компьютер, я неуверенно протянул:

– Ну… у не знаю, чего бы я хотел. А зачем?

– Да ты скажи сначала! А потом увидишь, зачем! – Шурику явно не терпелось продемонстрировать свою «очень интересную штучку».

– Это что, какой-нибудь тест?

– Да нет же, не тест! Давай, говори, чего желаешь, не бойся, больно не будет.

Мне всё же казалось, что он задумал какой-то подвох или розыгрыш, но желая подыграть товарищу, я сказал первое, что пришло в голову:

– Хочу мороженого!

– Так, – Шурик улыбнулся и потер руки, – а теперь набери на клавиатуре: «Хочу мороженого».

Меня стал разбирать смех, потому что, это, безусловно, был тест на определение степени идиотизма тестируемого.