Лунные яблоки. Сборник художественной прозы

К половине пятого телефоны умолкли, на приставном столике стояла пустая бутылка и коробка с остатками конфет. Николай Иванович стал собираться домой, о чём сообщил жене по мобильнику. В гости придут соседи и родственники, чтобы отметить событие в узком кругу. Он отключил компьютер, убрал со столика и напоследок ещё раз просмотрел список тех, кто его поздравил. Опять приятные ощущения: благость, елей, мёд и что-то ещё…

И всё таки…

Всё же, почему не позвонил Белов? Он ведь не просто знакомый, или какой-то временный, проходной сослуживец.

Большим другом или даже просто другом Белов, конечно, считаться не мог, но к разряду хороших приятелей-должников его вполне можно было отнести.

Николай Иванович даже расстроился, как в детстве, когда договорился о встрече с другом, а тот не пришёл. Николай Иванович присел в кресло и (несмотря на строгие правила, установленные в главном офисе) закурил, что делать ему категорически запретил терапевт.

Почему не позвонил Белов, забыл что ли? Может быть в отъезде? Непонятно.

Вот он про Белова не забыл, внёс в список под вторым номером. То есть, получается, что Николай Иванович всегда о нём помнит, даже когда это совсем не обязательно. А этот…

А ведь сколько же он сделал для Белова в своё время, всего и не перечесть. Можно сказать, Николай Иванович лично участвовал во всех выдвижениях и продвижениях Белова, а он взял и всё растоптал! Растоптал и унизил. Небось ведь помнит, что у Николая Ивановича почти что юбилей, знает и специально не звонит. Ждёт, что Николай Иванович позвонит сам, и, скажем, пригласит его на торжество…

Стоп.

А когда они в последний раз общались? Полгода, год назад? Может Белов умер, а я тут сижу и костерю его почём зря, вдруг устыдился Николай Иванович собственных размышлений. Ведь он, Белов, обязательно позвонил бы, он всегда раньше поздравлял, а ещё раньше всегда приезжал лично и обязательно с подарком! Ну что ж, история печальная, если Белов всё же умер. Хотя, почему умер? С чего это ему умирать, если он на четыре года моложе? Николай Иванович усмехнулся и отогнал эти мысли.

И пришли другие, не новые. Белов – неблагодарная свинья, и что-то затаил на него, или может быть за что-то в обиде – хотел больше, дали меньше, так бывает. Николай Иванович прикурил новую сигарету, и сам того не желая, достал из портфеля старую записную книжку. Полистал, отыскал номера рабочего и домашнего телефонов Белова. Мобильного почему-то не значилось, а почему, Николай Иванович не помнил.