Конец киноэпохи. Заметки кинематографиста

Чтобы заставить его смотреть и сопереживать, создателям кино приходится очень постараться. Не аудитория, а «просто мечта» – для нормальных сценаристов и режиссеров, и совершенный «кошмар» – для продюсеров.

Именно для такой аудитории в России мало снимают, хотя первые опыты уже есть. «Первый» канал и «Россия-1» реализуют (на свой страх и риск) подобные проекты, но пока это еще не массовое явление: слишком сильна зависимость от рекламы и государственного контроля.

В Европе или Америке – это самая платежеспособная аудитория, но эта аудитория терпеть не может рекламу и скорее заплатит деньги, чем позволит прерывать просмотр фильма вставками «про памперсы и прокладки».

У интеллектуальной аудитории выше уровень общей культуры, и она сразу отличит эмоциональную подлинность от «контрафакта». Снимать фильмы для такой аудитории труднее, дороже и дольше, заработать на ней сложнее. Я уже упоминал, что «ареал обитания» интеллектуальной аудитории: интернет и Facebook.

Когда социальные сети начнут проводить интернет-премьеры, когда провайдеры начнут осуществлять качественную проработку аудитории, а не только лишь работу с расширением сетевого охвата, когда авторское законодательство станет повсеместной нормой (много еще чего…), тогда есть шанс и у отечественного интеллектуального сериального продукта попасть к зрителю.

Кино и медиа

С приходом «цифры» кино еще больше интегрировалось в медиа и стало способом социальной коммуникации.

Люди начали понимать видеоизображение. На бытовом уровне обмен осуществляется в социальных сетях: снял на телефон и выложил в интернет.

«Большое» кино дифференцировалось в форматы (полный метр, телемуви, сериал, ситком). Последнее, правда, – к кино отношения не имеет, однако использует кинематографический стиль, как способ передачи содержания.

Технология не только меняет форму, но она даже определяет зрительские технологические предпочтения.

Кто-то посещает кинотеатры, кто-то смотрит телевизор, DVD, iPad и т. д.

Кинематограф «растворился» в медиа. Зритель ищет смыслы в других формах. Все, что мы видим, можно назвать фильмами, однако это уже другой кинематограф. Как сказал один мой знакомый редактор: «Профессия перестала быть сакральной».

Может в этом все дело? То, что влекло нас в творчество, когда мы были молоды, перестало завораживать и удивлять? Знаменитое изречение К. С.