Мама Мирра. Повесть о доле вечной женской…

Но как это объяснить другим людям, которые будут меня осуждать? Уже осуждают! И дети могут присоединиться к осуждению. Это ужасно! И откуда им знать, если я сама только сейчас и то туманно понимаю, почему я ушла из дома.

Выбор может быть только при полной свободе выбора.

А к полной свободе человек приближается только в одиночестве.

В пустоте одинокий человек находит свободу и может выбирать. Но для этого надо освободиться от всего, в том числе и от следов памяти. От памяти как освободиться? Память словно гиря, прикованная к ногам, не дает двигаться.

Нужна сила, а ее-то и нет. Где взять силу?

Так Мирра металась в своих мыслях, чувствах, представлениях, не понимая, что только ими она ограничена, словно птица в сломанной клетке, где давно нет целого ряда прутьев и можно легко улететь на свободу. Но она по-прежнему убеждена, что клетка исправна, и даже не пытается дать открыть себе волю.

Первая ошибка ее мышления была в том, что она искала силу, которой хотела преодолеть другую силу жизни.

От силового варианта надо было бы отказаться. В таких жизненных ситуациях силовое решение менее всего эффективно. Оно неминуемо приводит к травмам, к жертвам и к тупику. Мне так хочется сказать эту мудрость моей героине, но я пока не могу это сделать.

Моя полная свобода от всего может ли состояться без дополнительной силы, а силу могу найти только выше себя самой? Сила человека без стремления к небесам возможна ли? «Помимо свободы и желаний моих есть еще желания других людей и его величество случай или Бог», – вспомнила она слова из книги, что недавно листала.

Самолет без устали, сна и отдыха гудел ровно на большой высоте.

Он несет меня туда, где я не могу ничего контролировать. Все в руках судьбы. Чувствую, что будущее мое выше настоящего, ближе к небу и к самой себе.

Мирра незаметно проваливается в глубокий сон и позволяет всему происходить дальше без ее воли.

Именно в этом великая мудрость сновидений.

Она видит извилистую дорогу, повороты и перекрестки, которые столь замысловаты, что они местами кажутся абсурдными.

Или наше мышление упрощенно?

Она не может понять, но она чувствует сложность предстоящего пути, противоречивость и непонятность. И страх неизведанного не останавливает ее. Она бросается в стремнину вся и всецело.

Лучше непонятное будущее, чем то, что было. Иду до конца, смиряюсь и позволяю всему происходить. Но я хочу счастья и пойду дальше. Можно ли идти дальше?

7.