Лирика Простуженных Будней

Мне стало брезгливо и поскорее захотелось спрятаться от всего этого в Викиной квартире. А еще лучше в ее объятиях. Сначала мы выпили по чашке чая на кухне, а потом переместились в ее комнату. В центре которой мы встали друг на против друга. Я без умолку нес какую-то ахинею. Я просто оттягивал момент. Минуту-другую Вика меня слушала, а затем молча сняла платье. Я по-прежнему продолжал говорить и смотреть ей в глаза, хотя мои зрачки вниз тянула какая-то невидимая могучая сила. Она прижалась ко мне и поцеловала.

Я наконец-то заткнулся.

Все закончилось довольно быстро. Во всяком случае, мне так показалось. Вообще, в тот момент я не был способен адекватно воспринимать время. Я пребывал в состоянии сладкого шока. Вика предложила прогуляться. Я согласился. Я вышел из подъезда первым. Вика копошилась с дверным замком. Через минуту она присоединилась ко мне. Она подошла и обняла меня сзади.

– Тебе понравилось? – прошептала она мне на ухо.

– Да! А тебе?

– Тоже, – она улыбнулась и чмокнула меня в щеку.

Я осмотрелся вокруг. Стены дома по-прежнему были в пыли и каких-то разводах. Земля все также была усыпана бутылками и пластмассой. А гаражи за этот период никто так и не удосужился покрасить. Но меня это больше не беспокоило. Наверно, сегодня я стал лучше понимать людей.

Часть 3. Побочный эффект

1

Через неделю после первого секса я стал ощущать небольшой дискомфорт при мочеиспускании. Также я заметил небольшие покраснения на самой чувствительной части моего полового органа.

Еще через пару дней боль сделалась такой сильной, что я покидал туалет почти что со слезами на глазах. Я рассказал об этом Вике. Она удивилась и посоветовала мне обратиться к врачу. «Скорее всего, ты просто застудил себе там что-то», – сказала она и погладила мою кисть. Ее слова меня обнадежили. Я записался к урологу. В частную клинику.

В детстве трудно представить, что какой-то доктор может быть неприятней стоматолога. Потому что поход к зубному врачу – это всегда мощные дозы адреналина, боли и слез.

И нет никакой обратной стороны у этого процесса. Это история однозначной боли. Умеренной до, сильной во время, и плавно слабеющей после. А меня, ко всему прочему, именно стоматолог лишил привычки доверять людям. Вульгарно и беспринципно распотрошив наивную простоту моего детского разума.

К семи годам все мои молочные зубы покинули ротовую полость, как и положено, уступив место коренным.