Хроники скитальца: Совет драконов

Приятного вам чтения!

Виринтвул: Хижина друида и башня мага

Благороднейшая раса высоких

Увидит конец дней своих жестоких.

Со своего дальнего материка

Смотрели они на весь мир свысока.

Но придется им с гномами схватиться,

Чья численность, бесспорно, сократится.

И разом те молотами ударят

По той самой земле, что нам жизнь дарит.

И тут же материк из жизни людской

Навсегда исчезнет в пучине морской.

И не останется после на земле

Ни одной из всех рас в той самой войне.

Под вечер, когда уже тень, отбрасываемая на землю старой хижиной одинокого друида, максимально вытянулась, на холме, чуть севернее, появилась слегка сгорбленная фигура невысокого коренастого человека в длинном плаще.

Лицо его закрывал капюшон, но хоть глаз не было видно, его тяжелый взгляд ощущался отчетливо. Странник неторопливо шел в сторону хижины друида, опираясь о свой длинный черный посох, который, по-видимому, был сделан из металла, но человек нес его очень легко.

Путник подошел к старой хижине с крышей из больших вытянутых листьев какого-то дерева, заглянул в оконный проем, но там ничего нельзя было разглядеть, словно в хижине стоял непроглядный туман, вечный мрак, хотя сквозь щели в стене исходил свет, видимо, от огня в камине.

Странник обошел хижину, оглянулся и дернул за ручку двери. Дверь не поддавалась.

– Уходи! – раздался мужской голос из хижины.

– Кто же так встречает гостей? – немного монотонно произнес странник, еще раз пробуя дверь.

Наступила тишина. Словно хозяин хижины не знал, что ответить.

Если бы даже это было так, удивляться этому явно не стоило, ведь в голосе человека в плаще было что-то зловещее, демоническое. Такому голосу не хотелось ничего отвечать.

– Я с радостью встречаю гостей, что пришли с миром ко мне, – наконец, ответил голос из хижины, – а того, кто желает мне смерти, я не жажду видеть в своем жилище.

– Ты все равно обречен, – все тем же демоническим голосом протянул странник, обернулся и отошел на несколько шагов в сторону.

Человек в плаще еще раз огляделся, поднял свой посох и взмахнул им. Из конца посоха вырвался огненный шар, который стремительно полетел в дверь, но, ударившись о него, отлетел назад так, что колдун еле успел увернуться от него. Капюшон спал с его головы, и суровое лицо мага лет пятидесяти исказилось от гнева, а глаза загорелись свирепым огнем.

Поднялся страшной силы ветер, который стал срывать крышу хижины, дверь оторвалась от петель и улетела в сторону.