Ползущие по ветру

Когда вышибли бандитов и установилась нормальная власть, вернулся на родину. За заслуги получал ежемесячную пенсию в три с половиной тысячи рублей. Но никому об этом не говорил – засмеют.

Разозлился за щедрый в кавычках подарок и уволился со службы.

Родители умерли, дом развалился, жить стало негде. Пристроился к одной вдовушке, на работу устроился охранником в супермаркет. За год, что жил приймаком, натерпелся всего по горло. К вдовушке приходили алкаши, Денис их выгонял, за что получал от хозяйки нагоняй.

Потом и сам пристрастился к алкоголю.

Однажды ночью проснулся, а хозяйка с очередным алкашом занимались любовью прямо на полу. Денис оделся, взял нехитрый скарб, попинал любовников и ушел в темноту.

С работы его выгнали, устроился грузчиком. Но там продержался до первой получки: запил основательно. Жить негде. Ночи коротал в бумажных коробках возле мусорных баков. Утром приходили бомжи, копались в отходах, матерились на Дениса. Драться он уже не мог, иссякли последние силы, мускулы одрябли, выпала половина зубов, щеки обвисли.

Некогда бравый солдат превратился в вонючее чучело.

В один из невеселых дней стоял у пивнушки, просил подаяние. Собрал сто рублей, купил стаканчик пойла. Только выпил, к нему подошел человек:

– Тяжко, браток?

На Дениса смотрел смуглый мужчина.

– Не спрашивай ничего. Если жалостливый – купи сто граммов и пирожок. Жрать хочу.

Мужчина исполнил просьбу, потом предложил:

– Собирай вещи, устрою тебя на пилораму. Обеспечу кормежкой, выпивкой, куревом.

– Бесплатно?

– Зачем же? Начнешь работать, за все вычту.

– Так я оказался в рабстве, – закончил невеселый рассказ Денис.

– Ты не загнул насчет рабства?

– Поживешь – увидишь своими глазами. Здесь только на цепь не сажают.

– Почему не уйдешь?

– Чудак! У хозяина жрачка есть, выпивка, крыша над головой. На воле – кранты. Выход один – со временем сдохнуть.

Сон у Володьки тревожный. В душе остались еще светлые чувства. А в действительности – мрак.

Пьянка настолько засосала в свои объятия, что о другой, нормальной жизни он вспоминал как о какой-то нереальности.

С больной головой поднялся с топчана, умылся, выпил положенное спиртное. На завтрак приготовили овсяную кашу, ее чуть заправили банкой тушенки из, видимо, дохлого цыпленка. В каше попадались только мягкие косточки. Володька их почти не жевал, промял и проглотил. Все это запили дешевым чаем, а потом отправились в лесосеку.

На поляне стоял аромат.