Верблюды и облака

Арачон

Восточная Сибирь кроме бескрайних сопок, поросших активно редеющим лесом, огромных расстояний между населёнными пунктами и почти полной таблицы Менделеева, содержащейся в земле, богата разнообразием характеров людей, которые живут в этих суровых местах.

Дед Василий Горнаков пришёл жить в Забайкалье после войны, а с 10 лет для него началась взрослая жизнь. Каждый год, когда сходил лёд с реки для него начинался сезон. Они, вместе с отцом, собирали свой инструмент, брали ружья и сплавлялись по рекам на самый север от Иркутска.

Добирались иногда, до Заполярья. Всё лето они строили избы и бани. Отец у Василия был большим специалистом. За сезон они вдвоём успевали срубить до двадцати домов. С ними рассчитывались, и часть заработанных средств шла на обратную дорогу. Возвращались они в Иркутск лесом, добывая пушнину и пропитание охотой.

Когда началась война, Василию было четырнадцать. Отец почти сразу ушёл на фронт и погиб. Василий строил дома и охотился. Когда один, когда с напарником, продолжая нелёгкое занятие по обеспечению семьи.

В феврале 45-го Василию исполнилось восемнадцать. Когда вместе с приятелем они вернулись в Иркутск в мае, повестка в армию уже ждала Василия на видном месте, воткнутая в обрамление фотографического коллажа. В этот же день он сходил в военкомат.

Призвали его только в июне. Василий уехал добивать японцев во Владивосток. Там их, нескольких новобранцев, поберегли. И хотя рота принимала участие в боевых действиях, их 8 человек оставили охранять какое-то имущество, которое с собой брать не стали, чтобы не лишаться маневренности.

Получилось так, что почти весь батальон погиб и уцелевших новобранцев перевели в роту охраны.

Василий почти целый год охранял пленных японцев. Насмотрелся, как они умирали от голода и холода. Много лет спустя, страдания японцев в нашем плену, казались Василию ещё более страшными и совершенно нечеловеческими. Когда он видел фильмы о зверствах фашистов, то почему-то говорил, что нашим пленникам было не слаще, хоть мы и не уничтожали людей в газовых камерах.

Василий тогда уже, охраняя пленных самураев, получил известие о том, что вся его семья погибла. Мать слегла с простудой и не выздоровела. Младшие сёстры попали в какой-то детский дом, и след их потерялся.

Служба закончилась в Чите. За последний год службы было вырыто много километров траншей, построены сотни блиндажей и оборудовано много мест для скрытого размещения войск.