Сопротивление материала. Том 3. Так не бывает

Однажды всполошённая бабушка, разбуженная Сашиными жалобными стонами, спросила, что ей приснилось, и Саша растерялась, потому что рассказать, что же её так напугало, не был никакой возможности. Окончательно проснувшись, она сидела с широко открытыми глазами на своей половине широкой кровати, которую они делили с бабушкой, и молчала.

– Ну, милая! Расскажи же: что ты видела? – бабушка обнимала её за плечи и заглядывала в лицо.

Икая и всхлипывая, Саша растерянно мотала головой.

– Н…не знаю.

Вошла растрёпанная, сонная мать с хрустальной стопочкой, из которой дома пили капли. Запахло валерьянкой. Мать села по другую сторону от Саши, протянула ей стопку.

– На-ка, выпей!

Саша понюхала и наморщила нос, но послушно проглотила содержимое стопки. Оно обожгло горло, и внутри сразу стало тепло.

– Ну? Что там? – спросила мать у бабушки поверх Сашиной головы.

– Не помнит, – отозвалась та.

Мать помолчала. Пригладила Сашины волосы, спросила:

– Ну как?

Саша пожала худыми плечиками в байковой ночнушке.

Валерьянка начинала действовать – навалились усталость и оцепенение, голоса мамы и бабушки доносились как будто издалека или сквозь подушку. Она безучастно позволила себя уложить и, уже засыпая, попросила не выключать ночник.

Наутро она всё забыла, как забывается любой, даже самый страшный сон. Но какое-то время спустя кошмар вернулся и стал повторяться каждые месяц-два. Мать начала беспокоиться и настаивала, чтобы Саша пересказала ей сон.

– Пойми, если ты расскажешь, тебе сразу станет легче! Он оставит тебя в покое, – уговаривала она дочку. – Ну, подумай: что ты видишь?

Саша задумалась, честно пытаясь вспомнить. Даже закрыла глаза.

Это было что-то похожее на большой, тяжёлый железный шар, поставленный на остриё тонкой иглы. Шар вращался и грозил вот-вот упасть.

Но когда она стала рассказывать об этом маме и бабушке, то, по мере того как слова слетали с её языка, становилось очевидно, что это всё не то.

Какой-то шар. Какая-то игла. Подумаешь! Ну, упадёт он, и что?

Но во сне это было чудовищно. Ожидание падения стального шара казалось непоправимой катастрофой. Оно вызывало ужас, близкий к помешательству. Страшным было не само видение, а та лавина страха, которую вызывало это неминуемое падение. Игла вдруг опасно кренилась – самую малость, возможно, на полградуса – и Сашу начинала душить паника.