Боги подо мной и надо мной

Несколько белочек выскочили ему навстречу, а одна так и вовсе запрыгнула на плечо, к восторгу Лены. Он погладил ее по шейке, произнес что-то на своем странном языке – и белочки разбежались.

Первым делом Лена повела его к берегу Финского залива. Монплезир привлек его внимание, он тщательно рассмотрел и сам дворец, и цветник перед входом, и фонтаны-шутихи.

– Я знаю, кому это точно понравилось бы, – улыбнулся он, – и берег моря…

Пока они бродили в цветнике, туристы куда-то разбрелись.

Фро взял Лену за руку и поцеловал ее в ладонь, улыбаясь, и от света его синих, как летнее небо, глаз, у нее подогнулись колени.

Лена показала ему знаменитые камушки, и струи воды все так же взлетали в небо, хотя на скамейке за фонтаном уже никого не было.

Туфли она предусмотрительно оставила на дорожке, а платье – высохнет.

Фро обошёл все дорожки, внимательно рассматривая каждую завитушку орнамента, остановился и рассмотрел каменные вазы, взялся за ручку двери во дворец – и дверь раскрылась, пропустив их в залитую заходящим солнцем галерею с видом на Финский залив.

Лена испугалась – сейчас набежит милиция, но в крошечном дворце было все так же тихо.

Это было здорово – как-то так вышло, что она ни разу не заходила сюда, да и платье подсохнет…

Платье? Проведя рукой по подолу, она убедилась, что платье было сухим.

Дворец Фро не заинтересовал, и минут через пятнадцать они снова вышли в парк.

Лена показала ему остальные шутихи, но он лишь хмыкнул. Странно посмотрел на Адама и увлек ее дальше, качая головой. Над драконами посмеялся, сказав, что с такими крыльями они никогда бы не взлетели.

И – никого. На какую бы аллею они не свернули, она пустела, как по волшебству.

– Все всегда бывает так, как я хочу! Я же тебе говорил! – он снова блеснул белозубой улыбкой.

Возле Римских фонтанов он задержался – и скривил губы:

– Напыщенно и помпезно. Очень на них похоже.

Лена даже немного опешила –

– На римлян? Но эти фонтаны создали только в восемнадцатом веке! Где Рим, а где фонтаны…

– Что ты! Самые настоящие, римские, – он ещё раз оценивающе на них посмотрел и сдвинул брови, – нет, не такие, такие ей не понравятся!  – повлёк он Лену дальше.