Боги подо мной и надо мной

И снова на неё пахнуло мёдом…

Еда была проста – круглый свежий хлеб, глиняный горшочек мёда, холодный свиной окорок, благоухающий специями, здоровый кусок ярко-желтого сыра, большое блюдо с фруктами.

Оранжевые абрикосы, белые со стыдливым розоватым отливом персики, сизый виноград, почти чёрная черешня.

«Где он нашёл такое великолепие!» – мелькнула у неё мысль, но тут Фро взял ее за руку – и Лена забыла обо всем.

… Когда стало темнеть, яхта подошла к небольшому причалу у странного, каменного волнореза.

Фро спрыгнул на берег, швартуясь, а Лена вышла на палубу.

Открытая палуба была заставлена горящими свечами, низко висели звезды над головой, шелест волн и запах трав…

Увидев свечи и зная, что Фро никак не мог расставить их, Лена внезапно поняла, что не удивилась. Должна была бы, но – нет.

Все, что происходило с ней последние два дня иначе, как волшебством, и не назовёшь.

Не то, чтобы она верила во всякое сверхъестественное – но разумного объяснения она найти не могла.

Ладно, управление яхтой – кто его знает, до чего дошла техника – но исчезнувшая со стола грязная посуда… Появление в нужный момент бокалов, да что говорить – фрукты! Спелые, один к одному, будто их только что срезали с ветки.

Так что и свечи она приняла, как должное, а когда увидела, что Фро прыгнул в воду, смело сиганула вслед за ним.

Волшебная ночь, сумасшедшая ночь.

Они целовались в воде, его мокрое тело казалось ей горячим. Сильные руки на ее талии, блеск Луны в его мокрых волосах.

Потом они валялись на палубе, потягивая медовуху, и разговаривали.

– Кто ты? – спросила она его, – где мы?

– Я – жизнь… – странно ответил он, – мы у моей сестры. Дорога ко мне домой сейчас закрыта.

– А почему – я?

– Ты прекрасна.

Лена искренне удивилась – она, конечно, знала свои сильные стороны, но – прекрасна…

Прекрасна – это идеальная фигура, ровные зубы, густые волосы. Пухлые губы…

А Фро продолжил:

– Внешность важна, но это не главное. У тебя яркая и красивая душа.

Ты умеешь видеть – и слышать. Радоваться моменту. Рядом с тобой легко и приятно… ты даёшь – и берёшь. Когда только берут, противно – как бездонная бочка. Когда только дают, гадко, воздуха нет. И пчёлы…

И он прикусил ей мочку уха, от чего она задохнулась…

Проснувшись на рассвете, она вышла на палубу. Фро стоял на носу яхты, встречая солнце – и Лена не посмела ему мешать. Она тихо устроилась на корме, завернувшись в одеяло, и осмотрелась.