Что у нас впереди?

Медицинское и духовное исследование происходит там  же. Жители, признанные ненужными для жизни, обязуются уйти из неё в течение двадцати четырёх часов. В течение этого срока разрешается апеллировать. Апелляция в письменной форме передаётся Президиуму Коллегии Высшей Решимости. Ответ следует не позже, чем через три часа. Над ненужными людьми, не могущими по слабости воли или вследствие любви к жизни уйти из неё, приговор Коллегии Высшей Решимости приводят в исполнение их друзья, соседи или специальные вооружённые отряды.

Примечания:

1.Жители города обязаны с полной покорностью подчиняться действиям и постановлениям Коллегии Высшей Решимости. На все вопросы должны даваться совершенно правдивые ответы. О каждом ненужном человеке составляется протокол-характеристика.

2.Настоящее постановление будет проведено с неуклонной твёрдостью. Человеческий хлам, мешающий переустройству жизни на началах справедливости и счастья, должен быть безжалостно уничтожен. Настоящее постановление касается всех без исключения граждан – мужчин, женщин, богатых и бедных.

Выезд из города кому бы там ни было во всё время работ по проверке права на жизнь безусловно воспрещён».

Можно сравнить с аналогичным Постановлением №171, прямо отсюда и списано. Вероятно, Ленин читал этот рассказ Ефима Зозули…

Для заложников, членов семей бунтовщиков и просто попавших первыми под руку, в чистом поле огородили место колючей проволокой. В самом Тамбове открытое место-лагерь было организовано на Соборной площади.

Такой концентрационный лагерь для заложников – чистое изобретение М.Н.Тухачевского.

Система заложничества была очень распространённой у большевиков. Вот что писал на этот счёт известный С.П.Мельгунов в книге «Красный террор», которого я цитировал выше:

«Брали  сотнями  заложниц –  крестьянских жен вмeстe с  дeтьми во время крестьянских восстаний в Тамбовской губернии: они сидeли в разных тюрьмах, в том числe в Москвe и Петербургe чуть ли не в течение двух лeт.

Например, приказ оперштаба тамбовской  ЧК  1-го сентября 1920 г. объявлял: «Провести к семьям восставших беспощадный красный террор… арестовывать в таких семьях всeх с 18-лeтнего возраста, не считаясь с полом и если бандитские выступления будут продлолжаться, расстреливать их. Сёла обложить чрезвычайными контрбуциями, за неисполнение которых будут конфисковываться все земли и всё имущество».