Окраина

А отличников трудовой и политической лагерной дисциплины обещали даже свозить на экскурсию в Особый центр духовного развития, который по праву считался общественным, культурным и образовательным центром Российской Федерации, открытый в Екатеринбурге. Говорят, посетителей там встречают и провожают обаятельные грудастые девушки с бокалом с пива… и с весёлой песней!

Мы вам песенку споем про алкоголь!

И какую он играет в жизни роль.

Он приятель приключений

И животных развлечений!

И вреда от алкоголя – ноль…

И Потап решил усиленно перевоспитываться и просвещаться.

Как-то в тюремной библиотеке он наткнулся на одну интересную книжецу, «Мифы и легенды Древней Греции», где в сказочном повествовании раскрывались сидельцам байки про героев и гопников тех времён, возвеличивая древнюю державу, за счёт всякой ахинеи: кентавров и минотавров… и прочей байды…

Для начала, Потап решил растолковать для братвы поход мифологических аргонавтов, пацанов, что направились за рыжьём в Грузию, подломить казну забуревшего местного царька.

Братва развесила уши, а Потап начал своё повествование:

– Известно было всем о «золотом овне», приносящем косари паханам.

Самого «золотого овна» порешили для тучегона Зевса. Но руно с винторогой башкой, хранилось на хате законника Ареса. Сторожил руно упырь-оборотень – Змий.

Базар о «баране» расползся по всей Греции. Стричь его отовсюду съехалась братва.

Кого только не было среди пацанов: здесь были и гордость Афин, могучий Тесей и гопники, сыновья Зевса и Леды, Кастор и Полидевк со своими корефанами Идасом и Линкеем, и крылатые кенты Калаид и Зет, сыновья Борея и Орифии, и Мелеагр из Калидона, и прочие быки: Анкей, и Адмет, и Теламон, и сынок пахана Зевса, качок Геракл.

Тут Потап переходил на античный ямб и хорей, как древнегреческий Гомер… или Пушкин… подкрепляя весомыми матерными выражениями и живописными картинками.

Словом, всем сидельцам и, даже, администрации исправительного учреждения, очень понравилось про братву, которая заморского баранов стригла. А в особенности, картинки с голыми бабами, разными русалками и наядами и сисястой Медеей, которую отдельно и в разных позах вымалёвывал Потам, прозванный теперь Малевичем.

А Потап-Малевич, вдохновлённый всенародным признанием, взялся за написание портретов серьёзных сидельцев и жителей этой зоны.