Сочинения. Том 4. Антидепрессант

Предстоял, однако, самый главный, решающий тест – «на аппетит мушек», от которого зависели, и цены, и бесконечные условия контракта, ловко сплетенного пронырливыми чернявыми адвокатами из солнечной средиземноморской страны.

Для бизнеса было критически важно, чтобы инкарзия питалась с большим аппетитом, съедая как можно больше вредителей. Неделя испытаний тянулась бесконечно.

– Ваши мушки, из Советского Союза, оказалось, в два-три раза голоднее и прожорливее всех, известных в мире, видов Инкарзии, – радостно орал в трубку восхищенный голос нашего будущего партнера.

Контракт был подписан по максимальным ценам

_____________

Экстраполируя эту историю на громкие успехи в Америке иммигрантов из бывшего Советского Союза, Михаил Абрамович – мой старый американский приятель, дважды сидевший по тюрьмам, заслуженный работник советской торговли, сделал своё, очень важное, по его мнению, философское умозаключение,

– Я был всегда убежден, – начал глубокомысленно произносить фразу, видавший виды, аксакал, аккуратно отрезая кончик толстой сигары и обмакивая его в драгоценный коньяк Луи ХIII, соблазнительно темневший в фирменной бутылке из горного хрусталя

Тщательно раскурив сигару, он продолжил,

– Я всегда знал и чувствовал, шо все живое, шо родилося и выросло в Союзе, таки является, и самым голодным, и самым конкурентноспособным во всей природе

Диалектика, бляха муха…

ХОЛОКОСТ…

6 июня 1941, у отца был день Рождения.

Впереди были длинные летние каникулы, наполненные детскими играми и почти взрослыми подработками.

Однако, 22 июня, над Сокирянами, вдруг, пронеслись тёмные стаи незнакомых самолетов-крестоносцев. Один из них, как-то очень буднично, сбросил одну бомбу, прямо у клуба. Взрыв, смертельно перепугав нескольких случайных прохожих, разметал ближайшие кусты и деревья.

В 12 часов дня, репродукторы, голосом Молотова, хрипло объявили о начале страшной Войны. Многие Сокирянцы, русские, украинцы, молдоване, включая молодых и задорных Абрама Зицера, Янкеля Вайнзофа, Нюму Высоцкого и Яшу Файнблата, сразу кинулись в военкомат.

Они-то и успели на Войну, тем единственным и, как оказалось, последним эшелоном.

О плановой мобилизации, в условиях дикой неразберихи, в ту пору, не могло быть и речи. Государственная граница была совсем рядом, в соседних Липканах.

Советские войска отступали повсеместно, особенно на севере.