Звук стеклянной гармоники. Песни, стихи, афоризмы

    1996 год

КОЛЫБЕЛЬНАЯ ВНУКУ

Ай ду-ду, ду-ду, ду-ду.

Сидит ворон на дубу,

А сорока на сосне

Снится внучеку во сне.

Тучка по небу бежит.

Месяц в озере дрожит.

Спят деревья и кусты.

Спи, Савелюшка, и ты.

Чтоб здоровеньким ты рос.

Чтоб не ведал в жизни слез.

Чтоб тебе в счастливом сне

Снились звезды в вышине.

А когда ты подрастешь —

Сам кому-нибудь споешь,

Чтобы тот, кому ты пел,

Тоже песни петь умел.

    2001 год

У КАРТИНЫ НЕИЗВЕСТНОГО ХУДОЖНИКА

Был очень старым холст,

Но жил на нем пейзаж.

Мотив, как мир, не прост.

Расплывчат, как мираж.

Врагов не проклинал,

Не прославлял богов,

Но силуэтом звал

Далеких берегов.

Стелился серый дым

От неба до земли.

Грустили у воды

Шуты и короли.

На них уж нет лица,

На буклях седина.

С печалью ждут конца

Над кубками вина.

Не ждут гостей они;

По чьей-то прихоти

И в выходные дни

Дождь вместо конфетти.

Мир без шутов затих,

Без их участия.

Нет радости у них,

И нет несчастия.

Когда ж придет пора

Придуманных забот,

Начнется маскарад,

Построят эшафот.

Восстанет мир творца

Над синей бездной лет,

И обретет певца

Дописанный сонет,

Как трудно мне понять рисунок чудака.

Висит пейзаж его под крышей чердака

И пылью покрывается,

От мира отрекается.

    1977 год

МОЛЧАНЬЕ – ЗОЛОТО

Я к тебе по воскресеньям

Прихожу, мой друг уставший.

Только снова, словно тенью,

В разговорах – тема та же;

Покурили, помолчали.

Оба – ты и я – в печали.

Помолчали. Покурили.

Ни о чем поговорили.

Ты мне тайны не откроешь,

Я к тебе не лезу в душу.

Ты себя в себе зароешь,

Я покой твой не нарушу.

Я болтаю о погоде,

Про любовь свою в столице.

Ты мне скажешь, что в природе

Невозможно повториться.

Что прошла пора венчанья,

И, с толпою обрученный,

В гастрономе или чайной

Ты в терпении – ученый.

И, конечно, не случайно

Мы с тобой скучаем оба.

Наше золото молчанья,

Впрочем, неприличной пробы.

    1978 год

S.O.S.

Нам выдали НЗ как чаевые,

И облачили в новые шинели.

Мы так гремели марши фронтовые,

Что соловьи надолго онемели.

Бросало нас по фронту или флангу,

Мы призывались к совести по рангу.

И комиссар устава не нарушил;

Не отписал: спасите наши души.