Вас смоет Невидимый Дождь

Молодец! Спасибо!

Может, Аня чувствует, что она от нее хочет?

Время!!!

Она схватила тряпичную куклу под мышку, схватила ключи от машины, ключи от квартиры, щелкнула выключателем и вылетела на площадку.

В детском саду она еще раз внимательно осмотрела Аню. Аня выглядела вялой, но лучшее, чем дома. Возможно, поездка отвлекла ее от переживания сна.

Ее саму поездка явно отвлекла от утренних впечатлений! За два года ежедневной езды она так и не привыкла к движению в часы пик.

Словно попадаешь в опасную быструю реку! С водоворотами, острыми камнями и крокодилами.

Течение несет, как ему вздумается. В любой момент может произойти что угодно!

Внимание втягивалось в поездку, как в воронку. Она часто ловила себя на том, что сидит, как начинающий – очень прямо и задрав подбородок, словно стараясь заглянуть за десять машин вперед. Иногда она чувствовала, как руки на руле начинает сводить.

Одно хорошо: за два года езды по одному и тому же маршруту она выучила его в мельчайших деталях.

Массивные чугунные ворота посреди массивной, высокой, очень красивой чугунной ограды вели в парк.

По крайней мере, от ворот казалось, что именно в парк. Но в конце аллеи, за автостоянкой, виднелось здание, похожее на старинный дворец. Всего три этажа – зато и снаружи видно, какие высоченные там потолки. Широкая, высокая лестница. Высокие, до крыши, колонны фасада…

Вывеска у высоких, темного дерева двустворчатых дверей сообщала, что за ними занимаются физикой космического пространства.

Поэтому бывшей учительнице литературы, которая хотела связывать это учреждение с общественностью, пришлось получать что-то вроде второго образования. И часто ее рабочий день продолжался в огромном, высоченном, со сводами и люстрами где-то высоко наверху, зале институтской библиотеки.

А воспитательница, сидевшая в это время с Аней в детском саду, получала от нее определенную сумму.

И все равно миллион раз ей казалось, что она не справится с этой работой.

Что она ничего не понимает и не поймет. Что все эти люди, среди которых она работает, не принимают ее всерьез, и она им – чужая.

И все-таки ей нравилось здесь!

Массивная чугунная ограда и густые заросли отгораживали институт от города. И город – состоящий для нее в основном из опасной суеты улиц и надоевшей рутины спального района – исчезал.

Оставался парк, и большое старинное здание, похожее на дворец.