Минус два. Просветление. Том 4. Роман

Чрезвычайно заинтересовавшись личностями Учителей, он удивительным образом сам подобрал себе непохожих друг на друга Наставников, которых называл про себя – Поэт, Учёный и Государственный Деятель.

Сначала он встретился с Учёным, наверное, потому что тот казался ему доступнее других. Общение с ним казалось менее фантастичным, ведь Андрей помнил своего Наставника по жизни в «нулевом мире». Нет, они не были знакомы лично. Но Андрею были памятны заметки в газетах, публикации в журналах, радиопередачи и телевизионные программы об Учёном.

Главное, что он почерпнул у него – умение переосмыслять этапы своей жизни. «Какой бы великой не казалась тебе однажды избранная цель, – говорил ему Наставник, – не бойся отказаться от стремления к ней, если по прошествии лет понял, как она пуста и ничтожна. Какой бы красивой издалека не казалась вершина, при ближайшем рассмотрении она окажется уродливой, если принесёт радость тебе одному. Умей признавать свои ошибки и думай о ближнем!» Будучи последовательным противником насилия и жестокости, Учёный доносил до Андрея мысли о том, что вопрос выживания и прогресса человеческого общества – это вопрос преодоления разобщённости людей во всех сферах жизни от личных и семейных отношений до решения проблем планетарного масштаба. Наставник заинтересовался событиями в «мире номер минус два». Андрей рассказывал ему о законах и государственной системе, об эволюции и попытках революционного передела мира, о безумных стремлениях «вождей» и пассивном поведении людей, пока их не настигали новые жернова мельницы человеческих судеб. «Лишь перед лицом катастрофы у людей возникает мысль об объединении», – сокрушался Андрей. Собеседники возвращались к теме разобщённости. «Каждое разумное существо, оказавшись на краю пропасти, сначала старается отойти от этого края, а уж потом думает об удовлетворении всех остальных потребностей, – повторял Учёный когда-то произнесённые им слова. – Для человечества отойти от края пропасти – это значит преодолеть разобщенность»[2 - Ссылки на первоисточник некоторых высказываний в этой главе умышленно не приводятся автором романа]. Мысли Наставника оказались близки Андрею, и вертевшийся на языке вопрос о принципах объединения людей отпал сам собой. Он отчётливо осознал, что сладкой ложью можно лишь на некоторое время объединить часть жертв преступной агитации и пропаганды, но никак не человечество в целом.

Встречи с Поэтом подарили Андрею счастье, невероятное состояние единения душ.