Раны, нанесенные в детстве

Пробыл он "в гостях" не долго. Час или полтора…

Распрощавшись с соседом, Сёмка заспешил домой.

Дома, воспользовавшись тем, что отчима нет, мальчик достал из портфеля книгу, которую взял в школьной библиотеке, устроился в кроватке поудобнее, углубился в чтение....

После гибели котенка литература осталась единственным прибежищем его израненной души.

Когда за окном стемнело, Семка задремал.

....Проснулся он от страшной боли. Отчим вытащил его спящего из кроватки, бросил на пол и нещадно бил кулаками.

– Лёня,! Что случилось? Объясни! – мать повисла на руках гражданского мужа – сожителя.

– Что произошло..... Что произошло.... Этот гаденыш сломал у соседей радиолу!

– Какую радиолу? – не поняла мать.

– Дорогую! – заревел отчим, отбрасывая мать Семена. Он замахнулся на пасынка, ударил его по голове, потом еще раз – по спине....

– Убью, тварь! – ревел отчим. Он отбросил в сторону тщедушное тело пасынка, поискал глазами что-нибудь поувесистее, потяжелее; не нашел.

– Да я тебя сейчас топором! – отчим хлопнул дверью.

Мать Семена знала – топоры и лопаты находятся за домом, в углярке.... А еще за три года "брака" она хорошо изучила "Лёню".

– Бежим! – прикрикнула мать на Семку. Он толкнула в спину Ольгу, схватила на руки Олега и они выскочили на улицу....

Босиком.

Пара редких прохожих с нескрываемым изумлением смотрела на странную группу из взрослой женщины и трех маленьких детишек, которые бегом, по снегу неслись вниз по улице. Обуви на ногах не было ни у кого.

– Мам! Куда мы бежим? – задыхаясь, спросил Семён.

От страха и пережитого стресса он не чувствовал ни холода, ни боли. Различал только хруст снега под ногами матери и сестры....

…В милиции дядьки с серьезными лицами налили им чаю, Семку и Ольгу посадили поближе к железному ящику, от которого шло тепло. Брат и сестра немедленно вытянули свои фиолетовые ноги к нему....

Много времени спустя Семен узнал, что это был за ящик. Однажды он заглянул под сиденье электрички и увидел точно такой же.

Мать написала заявление, и куда-то уехала с милиционерами в черном милицейском "Бобике".

Через час она вернулась и Сёмку с матерью, Ольгой и Олегом на этом же "Бобике" отвели домой.

Отчима дома не было.

– Идите спать! – сухо приказала она сыну и дочери, присаживаясь у стола.

– А если этот вернется? – Семен старательно избегал называть отчима "папа", как от него требовала мать.

– Не вернется! Милиционеры сказали, что за сегодняшнее ему дадут пятнадцать суток.