Островок (Тайна Болдинской осени). Пьеса для театра

К тому же московские сплетни доходят до ушей невесты и ее матери – отселе размолвки, колкие обиняки, ненадежные примирения – словом, если я и не несчастлив, по крайней мере не счастлив».

Пушкин: – Кресло сюда ставь.

Мужик: – Что?

Пушкин: – Что-что? Сюда, говорю!

Мужик: – Понял, барин. Сейчас же сделаю. (Переставляет кресло к окну)

Пушкин: – Стулья – сюда, сюда и сюда.

Мужик: – Понял, барин. (Переставляет стулья)

Пушкин: – А что же всего 3 стула? Еще есть?

Мужик: – Есть. Слава Богу! С два десятка будет.

Пушкин: – На весь дом всего два десятка стульев?

Мужик: – Верно. Нести?

Пушкин: – Не надо, оставь, где стоят.

Больше не обращает на них внимания. Девушки заканчивают работу, убегают. Мужик тоже уходит. Пушкин присаживается на край стула. Чувствует себя, как в гостях.

Фонограмма продолжается: —

«Осень подходит»… Это любимое мое время – здоровье мое обыкновенно крепнет – пора моих литературных трудов настает – а я должен хлопотать о приданом да о свадьбе, которую сыграем бог весть когда.

Все это не очень утешно. Еду в деревню, бог весть, буду ли там иметь время заниматься, и душевное спокойствие, без которого ничего не произведешь, кроме эпиграмм. Так-то, душа моя. От добра добра не ищут. Черт меня догадал бредить о счастии, как будто я для него создан».

Пушкин (оглядывается): – Вот и приехал…

Темнота.

2 картина

Пушкин в свете фонаря сидит за столом. Нотариус появляется из правой кулисы, около скамейки ставит стул, садится.

Он в свете второго фонаря.

Пушкин: – Здравствуйте, милостивый государь.

Нотариус: – Мое почтение.

Пушкин: – Я вас надолго не задержу. Мне бумагу одну подписать надобно.

Нотариус: – Бумагу? Откуда же вы будете?

Пушкин: – Недавно из Москвы. Заехал в имение и скоро к вам.

Нотариус: – Вижу-вижу. Еще дорожную пыль не стряхнули.

Пушкин: – Именно так. Мы можем сию же минуту перейти к делу? Я, видите ли, спешу.

Нотариус: – Что же. Конечно. Давайте, посмотрим.

Пушкин подходит, протягивает бумаги. Нотариус изучает документы.

Нотариус: – А-а-а, так вы сын уважаемого Сергея Львовича! Рад! Очень рад! Значит он, наконец, решился передать в ваше владение часть усадьбы. Поздравляю!

Пушкин: – Часть?

Нотариус: – Да. А вы не знали?

Пушкин: – Ну, как сказать…

Нотариус: – И то хорошо. Судя по бумагам, вашему батюшке было не просто разыскать среди своих владений еще не заложенное имущество.