Ледяной ксилофон. Проза XXI века

Его неожиданно пронзила острая жалость к ребёнку. Он уже стал сомневаться в своём решении идти к матери – жаловаться на нерадивую ученицу. «К сожалению, корень зла не в ней», – сокрушённо вздохнул он.

Одновременно с этими мыслями Владимир Иванович быстро снял свои тёплые меховые рукавицы, сунув их за отворот овчинного полушубка, и тут же, прямо на дороге, начал энергично растирать холодные, закоченевшие и побелевшие, кисти её рук. Растирал он их долго. Пока растирал, Лера, не переставая, всхлипывала и вскрикивала от боли.

Потому что теперь руки стало нестерпимо ломить и дёргать – это в них от энергичного растирания начала пульсировать кровь.

Через некоторое время учитель убедился, что в них вернулась жизнь, – то есть, они стали уже тёплыми и даже покраснели. Тогда он достал рукавицы, хорошо сохранившие тепло за пазухой полушубка, и быстро натянул их на руки ребёнка. И сложил их крестом на её груди, чтобы рукавицы не свалились – ведь они были довольно велики для её ручонок.

Практически учитель совершил невероятное: он спас руки своей ученицы от неминуемого обморожения.

Подняв с дороги портфель, Владимир Иванович также молча, не очень быстро пошёл впереди, подделываясь под семенящий шаг продрогшей до костей ученицы. А Лере теперь вдвоём с ним шагалось веселее и, кажется, даже стало теплее. В жарких меховых рукавицах учителя вовремя спасённые детские ручонки быстро согрелись. А ломящая боль, пульсирующая в них, почти утихла.

Когда они дошли до дома – цели запланированного посещения, Владимир Иванович уже не колебался: заходить или нет с жалобой на ученицу.

Он увидел, что, в доме кто-то был, потому что висячий замок, которым обычно запирают дверь, отсутствовал. Девочка тоже, стояла, потупив взгляд и ожидая решения учителя. Она догадалась, что он шёл именно к ним, – когда догнал её на дороге. Медленно стянув рукавицы, протянула их учителю с едва слышным лепетом: «Спасибо…». Учитель ещё раз внимательно поглядел на второклассницу. И, махнув рукой, со словами: «Ладно. В следующий раз» – быстро пошёл прочь в другую сторону.

Конфеты на земле

Этот рабочий посёлок назывался необычно и непонятно: Ширингуши. А их улица называлась очень даже понятно – «Новая». Наверное, потому что вся она была застроена домами новосёлов. Это были красивые, высокие и просторные дома. Их украшали широкие окна, многие – с резными наличниками, высокие крылечки с застеклёнными верандами.