Вологодские кружева

Спят братья, от одного отца-матери, но такие разные, даже во сне непохожие друг на друга. Самонравный, с упрямой складкой у рта Григорий; и мягкий, с раскинутыми руками и пока ещё распахнутой душой Костя.

Мать утром сыновей рано не поднимает – ночной дождик прибил скошенную накануне траву; а чтобы сено высохло – нужны солнце и ветерок, поэтому говорит дочерям: – Пусть поспят! И так вчера два стога сметали!

Но Григорий уже проснулся и спускается к завтраку.

– Кашу будешь, или щи? – спрашивает мать.

– Щи! – отвечает сын. – Да погуще!

И пофыркивая от удовольствия, обжигаясь, хлебает Григорий наваристые с бараниной щи. Обычно солонина к этому времени уже кончалась, поэтому специально к сенокосу резали барана. Григорий о край миски выбивает мозговую косточку, лоснящимися губами втягивает в себя её содержимое и, выпив кружку горячего чая, встаёт из-за стола. Коль на сенокос ехать не надо, то у него другая работа – уже с весны Гриша строит собственный дом. Пока ещё срублены только четыре венца и, сидя верхом на бревне, стёсывая топором кору, возвращается Гришаня мыслями к брату: – Нет, не выйдет из Кости толкового мужика! Нет в нём хозяйской жилки.

И сейчас всяко уж не спит, но с сено- вала ещё не спустился, значит, книжку дочитывает о каком-то Переживальском! Старшему брату Переживальский не нужон! У Григория переживания совсем другие. Похоже, с Ленкой у него так ничего и не выйдет! Хоть она и красивше всех девчат, да уж больно ветреная! Стоит только Витьке Бражникову спеть хотя бы одну из своих частушек, вроде той:

Раскудрит-твою, мочалки!

Раскудрит – такая жисть!

Кабы выпить, ёлки-палки!

А не выпьешь – спать ложись!

– у Ленки рот до ушей, смеётся, словно разбирает её кто-то!

– Нет! – думает Григорий.

Ему жениться надобно на серьёзной! Пусть и не очень баска на личико Валюшка Беднякова, но и не страхолюдина. И Гришане Валюшка явно симпатизирует. Да и фигуркой тоже ладненькая.

Пожалуй, как закончится страда, надо сватов к Валюшке засылать.

А то кто-нибудь ещё опередит Гришку. Село-то большое, а Валюшка же не пустомеля и страсть, какая домовитая.

Григорий поворачивает бревно и, сказав себе: – Всё, решено! Лучшей жены, чем Валюшка, мне не найти! – продолжает работу.

Пройдут года, и развалится старый уклад сельской жизни. Валюшка Беднякова, которая станет женой Григория, каждые два года на протяжении двадцати лет будет исправно рожать по младенцу.